Велесова книга

 

 

На этой же странице:

В. И. Буганов, Л. П. Жуковская, Б. А. Рыбаков

Мнимая «Древнейшая летопись»

 

О. В. Творогов


К СПОРАМ О «ВЕЛЕСОВОЙ КНИГЕ»


Что думают ученые о "Велесовой книге". СПб.: Наука, 2004, с 6-29.



      «Велесовой (или «Влесовой») книгой» называется не дошедший до наших дней текст, который будто бы был начертан на нескольких десятках деревянных дощечек, а впоследствии переписан писателем, фольклористом и исследователем славянской мифологии Ю. П. Миролюбовым. В 1941 г.после смерти владельца дощечек А. Ф. Изенбека дощечки исчезают, и мы располагаем лишь копией, сделанной Миролюбовым, к которой, вероятно, восходят и все иные списки ипубликации «Велесовой книги». Никаких свидетельств о том, что кто-либо, кроме Миролюбова, воспроизводил текст с дощечек, у нас нет, а смутные сведения о знакомстве с ними ученых в 20-х гг. прошлого века 1 документально не подтверждены.

 

 

 

Дощечка 16


      По мнению почитателей «Велесовой книги» (далее — ВК), ее значение для истории славян огромно: она «уникальный источник сведений о языке, культуре, вере предков всех славянских народов, составленный предположительно жрецами славянского бога Велеса в IX веке».2

      Сведения о ВК интенсивно обсуждались в массовой печати в нашей стране в 70-х гг. прошлого века, хотя первое упоминание о ней относится еще к 1960 г., когда, в научном журнале«Вопросы языкознания» была опубликована статья лингвиста и палеографа Л. П. Жуковской «Поддельная докириллическая рукопись».3 Помимо статьи Л. П. Жуковской появились отклики и других

6
-------------------------------

1 См. об этом: Асов А. И. Тайны «Книги Велеса». М., 2001 (далее—Тайны). С. 152-155,173, 187-189.
2 Там же. С. 2. См. наст. изд. С. 94—108.
3 Жуковская Л. ГГ. Поддельная докириллическая рукопись: (К вопросу ометоде определения подделок) Я Вопросы языкознания. 1960. № 2. С. 142— 144. См. наст. изд. с. 31—38.


ученых, считавших, как и она, ВК подделкой.4 Но для обоснованного суждения о ВК необходимо было ознакомиться с полным текстом памятника, обстоятельствами его обретения и первыми публикациями. Это удалосьсделать лишь после того, как наш бывший соотечественник Б. А. Ребиндер в 1984 г. прислал из Франции Д. С. Лихачеву издание ВК, подготовленное П. Ф. Скрипником, где текстее был воспроизведен по машинописной копии из архиваЮ. П. Миролюбова5 в более полном объеме, чем в осуществленном ранее издании С. Лесного.6 Д. С. Лихачев пришелк выводу о поддельности ВК, однако поручил мне осуществить более обстоятельный анализ материала. Знакомство с текстом ВК, а в не меньшей степени знакомство с сочинениями Ю. П. Миролюбова7 привели меня к выводу, что перед нами фальсификат, созданный (или окончательно оформленный)не ранее середины XX века. Предполагалось опубликовать работу отдельной брошюрой, причем исследование должна была обязательно сопровождать публикация полного текстаВК по машинописному тексту Ю. П. Миролюбова. Это былабы первая публикация ВК в нашей стране. Однако осуществить издание работы в задуманном виде не удалось: текст ВК рассматривался в некоторых академических инстанциях какидеологически опасный и не подлежащий широкому распространению. Мне удалось лишь опубликовать небольшую заметку в Литературной газете (в ответ на просьбу редакции), а затем пространную статью в журнале «Русская литература».8 Но спор по поводу неизвестного читателю текста мало продуктивен. Поэтому пришлось пойти по такому пути: статьябыла опубликована в научном ежегоднике, а полный (доступный мне тогда) текст ВК был «влит» в ее состав.9
------------------------------

4 Обзор этих публикаций см. ниже, с. 52—61. В обзоре пропущена книга А. Л. Монгайта «Надпись на камне» (М., 1969). Действительно, там на с. 74—78 есть рассуждения о ВК. Признаю этот пропуск как досадную оплошность: на высказывания А. Л. Монгайта я обратил внимание лишь после прочтения книги
А. И. Асова (см.: Тайны. С. 296). См. наст. изд. С. 48—53.
5 Влес книга: Лiгопис дохристиянськоi Русi — Украiни. Лондон; Гага, 1972. Ч.7.
6 Лесной С. «Влесова книга» —языческая летопись доолеговской Руси: (История находки, текст и комментарий). Виннипег, 1966. Вып. 1.
7 Речь идет о следующих книгах Ю. П. Миролюбова (в те годы хранившихся в спецхране; ныне почти все они находятся в свободном доступе и даже частично переизданы): «Прабкино учение: Сб. рассказов». Мunchen, 1977 (Собрание сочинений, т. 3); «Ригведа и язычество». Там же, 1981 (т. 4); «Русский языческий фольклор. Очерки быта и нравов». Там же, 1982 (т. 5); «Русскаямифология: Очерки и материалы». Там же, 1982 (т. 6); «Материалы к предистории русов». Там же, 1983 (т. 7); «Русский христианский фольклор. Православные легенды». Там же, 1983 (т. 8); «Славяно-русский фольклор». Там же, 1984 (т. 9).

8 См.: Творогов О. В. 1) Что стоит за «Влесовой книгой?» // Литературная газета. 1986. 16 июля. № 29 (5090). С. 5; 2) Что же такое «Влесова книга»? // Русская литература. 1988. № 2. С. 77—102. Кроме того, в малотиражном сборнике,изданном Институтом философии АН СССР, также был помещен материал поВК (см.: Творогов О. В. Когда была написана «Влесова книга»? // Философско-эстетнческие проблемы древнерусской культуры. М., 1988. Ч. 2. С. 144—170. Там же было опубликовано предисловие к статье, написанное Д. С. Лихачевым (с. 143), и несколько фрагментов текста ВК (с. 171—191)).
9 Творогов О. В. «Влесова книга» // Труды Отдела древнерусской литературы. Л., 1990. Т. 43. С. 170-254.

7


      Сразу же подчеркну, в чем принципиальное различие поклонников ВК и «скептиков», каковыми, как увидим далее, является подавляющее большинство ученых. Если ВК действительно бесценный источник сведений по истории и религиидревних славян, то к ней нужно подходить как к любому иному историческому источнику, т. е. прежде всего убедиться в его подлинности, иначе говоря, в том, что сохраненный намЮ. П. Миролюбовым текст является копией некоего древнего текста, а не сочинен в новейшее время.

      Я питал надежду, что мои наблюдения над языком и содержанием ВК, а также многочисленные противоречия и странные оговорки в сочинениях Ю. П. Миролюбова поставят подсомнение подлинность ВК. Но этого не произошло. Напротив,с 1992 г. начинается ее «триумфальное шествие». Его открывает книга «Русские веды», вышедшая пятидесятитысячным тиражом в Москве,10 издание осуществлено позаказу Нижегородской областной языческой общины. Подготовивший его А. И. Асов писал о себе: «Передо мной —дверь в прошлое. Я стою словно между двух зеркал. Вижу длиннуючреду моих предков. Они были православными священниками, а ранее — волхвами. Они дали мне тело и душу, мне Александру Асову, родившемуся в двадцатом веке, тело и душу Буса Кресеня, жившего задолго до нашей эры».11 В книге был опубликован текст ВК, набранный особым алфавитом, реконструированным издателем на основе единственной сохранившейся фотографии дощечки и названным им «влесовицей», атакже содержался рассказ об обретении ВК и комментариик ее тексту. В обширном списке литературы (252 наименования)12 не приведено, однако, ни одной работы, где выражается сомнение в ее подлинности.
--------------------------
10 Русские веды. Песни птицы Гамаюн. Велесова книга/Реставрация, перевод и комментарии Буса Кресеня. Китежград. 3000 год от исхода из Семиречья. М, 1992.
11 Там же. С. 3.

12 Там же. С. 351—362. В библиографии есть разделы «Арийские Веды»,«Литература по ведической культуре», но подавляющее большинство названныхтам работ вообще не имеет отношения к мифологии и «ведической культуре».

8


      Затем ВК была издана в составе сборника «Мифы древнихславян», выпущенного стотысячным тиражом.13 Под псевдонимом Буса Кресеня в ней опубликованы фрагменты перевода ВК, комментарий к переведенному тексту «дощечек», а такжестатья Ю. К. Бегунова «Обретение „Велесовой книги"». Изложив историю находки ВК, выводы исследовавшего ее С. Лесного (С. Я. Парамонова) и основные положения содержащейся в ней «легендарной мифологии», Бегунов не упоминает о сомнениях ученых по поводу подлинности ВК и, напротив, отмечает: «Святые идеи восточно-славянского братства вдохновляли создателей „Влесовой книги". Ради них они создалиособый язык, особое письмо, особую дощатую книгу».14

      В 1994 и 1995 гг. выходят два идентичных по составу издания ВК, подготовленные А. И. Асовым.15 Рецензентами книги,как указано на ее колонтитуле, были слависты И. В. Левочкин, Ю. К. Бегунов и Р. Мароевич, что должно было придать ей статус научного издания. Помимо воспроизведения текста ВК, его перевода и комментариев книга содержит полемику с критикамиВК. А. И. Асову кажется, что он смог доказать реальность графики и языкового строя памятника. Он пишет: «Прямым лингвистическим и историческим доказательством (подложности текста. — О. Т.) можно было бы признать отсутствие в памятникекакой бы то ни было языковой системы и смысла. В предыдущих главах я, думаю, уже отвел подобные обвинения».16
----------------------------------
13 Кайсаров А. С.,Глинка Г. А., Рыбаков Б. А. Мифы древних славян. Велесова книга. Саратов: «Надежда», 1993.
14 Там же. С. 251.
15 Велесова книга / Перевод и комментарии Александра Асова. М.: Менеджер, 1994 (так же: М., 1995).
16 Там же. С. 236.
9


      О том, что ВК отличает именно отсутствие «языковой системы» и она, вопреки Асову,17 содержит многочисленные лингвистическне несуразности, свидетельствующие о примитивной филологической подготовке ее создателя, подробно писал А. А. Алексеев.18 Неудачны, на мой взгляд, и попытки А. И. Асова объяснить отмеченные мною противоречия в сочиненияхЮ. П. Миролюбова. Приведу лишь один пример. Асов указывает, что, цитируя книгу Миролюбова «Славяно-русский фольклор», я привожу его фразу : «У него (т. е. у А. Изенбека.— О. Т) оказалась рукопись „Дощки Изенбека". Этот документ мы изучали, переписывали...».19 Я никак не комментировал это странное определение «рукопись», лишь поставивпосле него в скобках вопросительный знак. Асов же, будто опровергая меня, начинает объяснять, что если не верить в дощечки, которые видел и переписывал в течение пятнадцатилет Ю. П. Миролюбов (о чем он писал впоследствии С. Лесному), то «тогда придется считать вымышленным рассказ о нахождении дощечек и работе над ними». И вместо того, чтобы гневно опровергнуть собственное (заметим!) допущение, Асов вдруг покорно признает: «Что же, писатель Миролюбовмог и сочинить эту историю. Впрочем, рукописью и документом Миролюбов в неотредактированном, торопливо написанном письме (курсив мой. — О. Т.) мог назвать и сами доски».20 Но как только что сказано, эта цитата приведена не из письма, аиз книги Ю. П. Миролюбова. Ссылкой на «литературные приемы» пытается Асов объяснить и отмеченный мною факт, что Миролюбов с большим доверием относится к рассказамстарушек — хранительниц фольклора, чем к сообщениямВК.21

      Отмеченные языковые страности в тексте ВК Асов объясняет тем, что «Юрий Петрович (Миролюбов. — О. Т.) копировал Велссову книгу не для того, чтобы ее издать ... Этим и объясняются многие неточности и вольности, а то и вставки, допущенные им при транслитерации. Но, конечно, это ни в коеймере не говорит о подложности самого памятника».22 Асовправ: отдельные неточности (а как сказано выше, дело не в них, а в общей характеристике языка ВК) еще не говорят о поддельности всего памятника — ошибки есть в любом средневековом письменном тексте. Но оправдания Асова подтверждают ненадежность источника, коль скоро Миролюбов могпри копировании относиться к нему столь вольно.
----------------------------------

17 Асов пишет: «Во всем памятнике я не нашел ни одного слова, ни одной грамматической формы, которые бы свидетельствовали против подлинности «Велесовой книги» (за исключением некоторых слов, которые были вставлены при переписке Ю. П. Миролюбовым, в копии А. Кура их нет)» (Велесова книга.С. 236).

18 См.: Алексеев А. А. Опять о «Велесовой книге» // Русская литература. 1995. № 2. С. 248—254. См. наст. изд. С. 94—108.
19 См.: Миролюбов Ю. П. Славяно-русский фольклор. 1934. С. 123.
20 Велесова книга.С. 250—251.
21 См. об этом ниже, с. 47—85.
22 Велесова книга. С. 250.

10

      В очередном издании ВК 23 А. И. Асов кратко останавливается на ее обсуждении в России. Главным «обвиняемым» у него оказывается О. В. Творогов, который в «развернутом отзыве»(так Асов называет статью 1990 г. в ТОДРЛ) «наделал ошибок, не простительных даже студенту филфака (примеров ошибок Асов не приводит. — О. Т.). Именно после сей работы он сталпризнаваться определенными кругами специалистом по палеографии, ибо свое дилетантство он сумел скрыть псевдонаучной фразеологией».24 Не стану спорить с суждениями Асова, но отмечу, что он опять вводит в заблуждение читателей. С благодарностью отметив поддержку, оказанную ему Ю. К. Бегуновым и заведующим кафедрой славянской филологии Латвийского государственного университета Л. Сидяковым 25 (попутно замечу, что Л. Сидяков специалист по новой русской литературе, автор исследований творчества А. С. Пушкина), А. И. Асовничего не говорит о критике, которой было подвергнуто его издание 1994 г. высокопрофессиональным лингвистом, специализирующимся как раз в области древнеславянских языков,А. А. Алексеевым, не упоминает о резко отрицательных оценках его разысканий в работах В. П. Козлова, И. Н. Данилевского, Е. В. Ухановой, вышедших в 1995—1998 гг. и несомненно известных автору. И после этого умолчания странной выглядитссылка на то, что ВК «не признают „генералы" отечественной науки», почему-то не названные. Асов объясняет это тем, что всовременной России место бывшей «„партийной коммунистической идеологии" заняла ...антинациональная, антирусскаяидеология, взрощенная в зарубежных идеологических центрах».26 Стремление А. И. Асова перевести спор из научной, профессиональной сферы в идеологическую понятно — научные аргументы против него, — но наклеивание своим оппонентам оскорбительных и лживых идеологических ярлыков не делает чести автору.
----------------------------
23 Книга Велеса / Перевод и пояснения А. И. Асова. СПб.: Политехника, 2000.
24 Там же. С. 296.
25 Там же. С. 296—297.
26 Там же. С. 297.

11


      В последней из известных мне книг А. И. Асова автор перечисляет результаты популяризации ВК за последнее десятилетие. По его словам, темы ВК «ложатся в основу новых произведений русской литературы, создаются картины, театральныепостановки, музыкальные произведения». Развивая эту мысль, Асов пишет: «Благожелательно отзывались о русской ведической литературе поэты М. Ножкин, К. Кедров. Прославленныйпоэт Е. Евтушенко включил мои реставрации и переводы древних текстов в свой трехтомник „Русской поэзии". Писательница Г. Романова создала на основе преданий „Книги Велеса" и песен из „Книги Коляды" романы из серии „Сварожичи".

    Работают над „Прославлением Великого Триглава" музыканты разных направлений. Делались записи с оркестром Гостелерадио, приступил к работе над этой темой и оркестр „Боян". Начал работать над темами „Книги Велеса" и известный художник,член правления Союза художников России В. Прус».27

      Но вернемся, однако, к научным оценкам ВК. И тогда окажется, что представленная А. И. Асовым благостная картинануждается в серьезных коррективах.

      Начнем с того, что главным и, как может показаться, единственным в последние десятилетия «лиходеем» (выражение А. И. Асова),28 противящимся признанию ВК подлинной ибудто бы фальсифицирующим историю ее открытия и изучения, является О. В. Творогов, со статьей которого в «Трудах Отдела древнерусской литературы» Асов яростно и полемизирует.29 Но почему он не упоминает в своей, как всегда обширной библиографии ни одной работы других исследователей, также считающих ВК фальсификацией? А об этом писал историк Н. Н. Данилевский,30 историк и архивист, член-корреспондент РАН, автор принципиально важной в данном споре книги «Тайны фальсификации» В. П. Козлов,31 лингвист и источниковед А. А. Алексеев,32 автор книги о
--------------------------

27 Тайны. С. 321—322.
28 Асов А. И. Книга Велеса. СПб., 2000. С. 298.
29 Тайны. С. 270—294.
30 Данилевский И. Н. Древняя Русь глазами современников и потомков (IX—XII вв.). М., 1999. С. 314—326.
31 Козлов В. П. «Дощечки Изенбека» // Родина. 1998. № 4. С. 32—36. Эта статья является частью большой работы, которая составляет главу в книге В. П. Козлова «Обманутая, но торжествующая Клио: подлоги письменных источников по российской истории в XX веке» (М., 2001). Эта книга, естественно, еще не могла быть учтена А. И. Асовым.
32 Алексеев А. А: Опять о «Велесовой книге» // Русская литература. 1995. № 2.С. 248—254. А. И. Асов еще не мог знать о другой статье А. А. Алексеева —«Книга Велеса: анализ и диагноз», опубликованной в том же журнале лишь в2002 г. (№ 4. С. 199—207), наст. изд. с. 128—147.

12


славянской письменности, сотрудник отдела рукописей Государственного исторического музея И. В. Уханова,33 а также другие авторы.34 Стоит обратить внимание и на то, что в трудах, специально посвященныхпроблемам истории славян и славянской мифологии, в которых, казалось бы, невозможно обойтись без ссылок на такой ценнейший источник, каким, по мнению ее почитателей, является ВК,она вообще не упоминается. Я имею в виду монографию крупнейшего слависта академика В. Н. Топорова, в которой особоевнимание уделено как раз праславянской и восточнославянской мифологии,35 монографию академика О. Н. Трубачева, специально рассматривавшего проблему прародины славян,36 книгу Г. А. Харбугаева о началах славянской письменности,37 книгу В. Я. Петрухина о древнейшей истории Руси 38 и другие работы. Неужели А. И. Асов всерьез полагает, что академики с мировымименем отказались от использования «ценнейшего источника» по волнующим их проблемам лишь только потому, что прочитали статью О. В. Творогова?! Правда, Асов утверждает, что будто бы я — член-корреспондент РАН, «работал и занимал посты в отделении литературы и языка АН СССР»,39 что должно,
-------------------------------

33 Уханова И. В. У истоков славянской письменности. М., 1998. С. 198—233 (глава «Влесова книга и другие подделки древнерусских рукописей»).
34 См., например: Аристова Л. Г., Гармей А. В., Грибов М. О., Филиппова Е. Г.«Велесова книга» — художественное произведение или исторический документ? // Сборник Русского исторического общества. М., 1999. № 1. С. 103—108; Афанасьев В. Г. Древнерусская языческая Библия «Велесова книга» — шедевртысячелетней дохристианской культуры восточных славян или фальшивка XX века? // Российский исторический журнал. Балашов. 1999. № 1. С. 12—23; Медведев А. Запечатленное слово («Велесова книга» безуспешно закрываемое«открытие» и его эпоха) // Социум, 1994. № 6. С. 68—73; Соболев В. А. «Влесова книга» // Букинистическая торговля и история книги: Межвуз. сб. науч. трудов Московской академии печати. М., 1995. Вып. 4. С. 147—150. А. И. Асов не мог учесть другую статью того же автора: «Деструктивность фальсификатовдревнерусской книжности», опубликованную в журнале «Древняя Русь: Вопросы медиевистики» в № 2(8) за 2002 г. (с. 87—90). В 2002 г. В. А. Соболев защитил диссертацию на тему: «„Влесова книга" в свете историографии фальсификаций и издательской практики XX в.».
35 Топоров В. Н. Предыстория литературы у славян: Опыт реконструкции(Введение к курсу истории славянских литератур). М., 1998.
36 Трубачев О.Н. 1) В поисках единства. Взгляд филолога на проблему истоков Руси. Изд. второе, доп. М., 1997; 2) ШДоапса в Северном Причерноморье. М., 1999.
37 Харбугаев Г. А. Первые столетия славянской письменности и культуры:Истоки древнерусской книжности. Изд. МГУ, 1994.
38 Петрухин В. Я. Начало этнокультурной истории Руси IX—XI веков. Смоленск; М., 1995.
39 Тайны. С. 272.

13


по-видимому, означать возможность административного давления.Все это вымысел: с 1961 г. и по сей день я работаю в Институте русской литературы и всего лишь доктор филологических наук. Поэтому мое влияние на «академическую науку» — фантазия А. И. Асова. Так почему же одни авторитетные ученыевообще игнорируют ВК, а другие выражают свое согласие с моей точкой зрения? Не потому ли, что для них поддельностьВК более чем очевидна?


      Как уже было показано выше, для очернения противников ВК Асов и его единомышленники применяют такой прием: неприятие ее объясняют не научными, а идеологическими мотивами. Видимо, Асов считает патриотами не тех, кто собирает иизучает действительно сохранившиеся крупицы культурного прошлого — в нашем случае тысячи древнерусских рукописей или сотни берестяных грамот, а тех, кто сочиняет легенды обэтом прошлом или верит ласкающим слух утверждениям, например, о том, что «славяно-русы ... являются древнейшими людьми на земле».40 В этом случае величайшими патриотами следует признать В. Кандыбу и П. Золина, которые утверждают, что история русов (так!) насчитывает 18 миллионов лет, что «от Ория произошла Первая Раса тонкотелых людей — орусов», затем орусы соединились с арханотропами «и превратились в плотнотелых людей, образовав Народ Русов». Исвершилось это «ровно 10 млн лет тому назад».41

      Право же, история нашего народа и богатства нашей отечественной культуры — достаточный повод для национальнойгордости, и незачем создавать мифы, которые затем будут осмеяны и забыты.

      Идеологические обвинения развертываются и в другом направлении. Так, последователь А. И. Асова В. Е. Шамбаровутверждает, что «критика сводилась главным образом к тому, что Изенбек, Миролюбов и Куренков — „белогвардейцы", Лесной и Скрипник — „бендеровцы", а первые публикации осуществлялись в эмигрантском антисоветском журнале „Жар-птица"».42 Читатель, ознакомившись с публикуемыми далее статьями «критиков», легко убедится, что там нет ни «белогвардейцев», ни «бендеровцев», ни определения журнала «Жар-птица» как антисоветского. Все это вымыселВ. Е. Шамбарова.
--------------------------------

40 Миролюбов 10. П. Славяно-русский фольклор. С. 125.
41 Кандыба В. М., Золин П. М. Реальная история России: Хроника истоков русской духовности.-СПб., 1997. С. 313—314.
42 Шамбаров В. Е. Русь; дорога из глубины тысячелетий: Когда оживают легенды. М., 1999. С. 143.

14

      Что же касается идеологических мотивов, которые могли побудить Ю. П. Миролюбова к созданию ВК, то я уже выдвигал свое предположение по этому поводу, основываясь исключительно на его собственных высказываниях.43 Поэтому негодование А. И. Асова не имеет достаточных оснований. Он обвиняет ученых в том, что если раньше они «порочили» ВК «как творение зарвавшихся белоэмигрантов, будто бы создавших ее для борьбы с коммунизмом и атеизмом» (но именно так формулирует свои цели Ю. П. Миролюбов! — О. Т.), то теперь «борются против нее, привлекая и псевдонаучные доводы, но уже под лозунгами новых хозяев (А. И. Асов, очевидно, имеет в виду неких „представителей антирусской идеологии, взращенных в зарубежных идеологических центрах" (см.: «Книга Велеса». С. 297. — О. Т.), будто бы опасаясь того, что то ли коммунисты, то ли русские фашисты возьмут ее идеи на вооружение».44

    Переведем дух после этих страшных обвинений и уничижительной критики «псевдонауки» и обратимся к иному осмыслению «феномена» ВК в статье И. В. Кондакова. Он пишет: «Открытие „Велесовой книги" Миролюбовым и С° изначально рассчитано на веру (курсив автора. — О. Г.) читателя в реальность публикуемого, точнее на его желание поверить, на его потребность верить в „великую и неделимую Россию" — не только до Крещения Руси, но и до Рождества Христова — от самого сотворения мира».45 «Самое главное здесь: неправомерно по отношению к „Велесовой книге" говорить о научной фальсификации или подделке (лингвист Л. П. Жуковская, литературовед О. В. Творогов, историк В. П. Козлов и др.). Она мыслится не в научных категориях, а в мифологических;... „Велесова книга" не создана, а „обретена", „дана свыше", „ниспослана" русским эмигрантам ... Не все ли равно, чьей рукой записано слово Велеса — Изенбека, Миролюбова или Кура, Лесного или Скрипника, да хоть и Ребиндера! Этой рукой, этим пером, кистью, резцом водила воля Высшего существа».46

----------------------------------------
43 См. соответствующее место в моей статье 1988 г. в журнале «Русская литература» (1988. № 2. С. 77—102), ниже, с. 82.
44 Тайны. С. 318.
45 Кондаков И. Русколанский словарь // Родина. 1998. № 7. С. 38.
46 Там же. С. 39.

15


        Подчеркивая, что Миролюбов «не был представителем науки, пусть и понятой дилетантски», Кондаков продолжает: «несомненно, Миролюбов считал, что его реконструкция „Велесовой книги" гораздо ближе к истине праславянской древности, нежели все научные исследования... Он сам верил в подлинность написанной им „Велесовой книги", если не на связке буковых дощечек, то в умах древних славян, в их менталитете».47 В другой своей работе И. В. Кондаков также говорит о ВК как о «фальсифицированной Ю. Миролюбовым и стилизованной под дохристианский свод восточнославянской
мифологии».48 В. Солод овникова в «справке», сопровождающей журнальную статью И. В. Кондакова, высказывает справедливую, на мой взгляд, мысль, что «современная востребованность „Велесовой книги" и исторических исследований Миролюбова на родине писателя, связанная с усилением националистических тенденций в обществе, позволяет считать, что интерес к фигуре Миролюбова не исчерпывается его принадлежностью к культуре русского зарубежья, но актуален в связи с его влиянием на распространение неоязыческой идеологии».49

    В своей книге о фальсификатах В. П. Козлов также ставит вопрос, «для чего Миролюбову и его коллегам потребовалось придумать столь фантастическую картину древней истории славян...». И отвечает: «Свои сочинения о славянской истории Миролюбов рассматривал как вклад в борьбу с советской системой и коммунизмом».50

     
  Тем не менее не идеологическая неприязнь оттолкнула ученых-профессионалов от ВК, а основательные сомнения в ее подлинности: какой смысл изучать праисторию славян и их верования не по уцелевшим древним источникам, а по «реконструкции» этих источников, созданной, как мы видим, весьма непрофэессионально в новое время. Итак, вопрос о подлинности ВК все же остается в центре внимания.

      А. И. Асов пытается убедить нас, что ученый мир по отношению к ВК разделился надвое. Мало того: «российская академическая наука в лице О. В. Творогова и примкнувших к нему „антивлесоведов" пошла вразрез с мировой», так что они оказались не только «„на задворках" мирового славяноведения, но и дискредитировали как себя, так и в целом российскую школу славяноведения».51

-------------------------------------------------------
47 Там же. С. 39—40.
48 Кондаков И. В. Введение в историю русской культуры. М., 1997. С^ 161.
49 Солодовникова В. Наша справка // Родина. 1983. № 7. С. 40.
50 Козлов В. П. Обманутая, но торжествующая Клио. С. 104.

51 Тайны. С. 314.
16

        Неужели А. И. Асов не замечает, что он наносит оскорбление ученым (А. А. Алексееву, И. П. Данилевскому, В. П. Козлову, Е. В. Ухановой), лишая их права на самостоятельное мнение и представляя некими слабовольными статистами, бездумно «примкнувшими» к своему коллеге? Напрасно А. И. Асов числит в своих союзниках Б. А. Рыбакова, устно и письменно выражавшего свое крайне негативное отношение к ВК. Но у отечественной науки, оказывается, есть еще возможность реабилитации. А. И. Асов предлагает: «...до тех пор, пока свое отношение к памятнику не выскажут директора и заведующие соответствующими кафедрами всех крупнейших университетов и профессиональных НИИ (в частности, Института русского языка, Института языкознания, Института славяноведения и балканистики), мы даже не будем знать, в курсе ли они данной проблемы. Причем свое отношение в этом случае просто необходимо высказывать в печати, и подробно. Уверен, памятник сего заслуживает хотя бы потому, что в его защиту уже высказались крупнейшие славяноведы ряда стран. В противном случае нам остается считать, что отечественного славяноведения не существует. Есть лишь вывески на зданиях, которые свободны от присутствия ученых».52 Это требование А. И. Асова способно вызвать лишь саркастическую улыбку. Почему проблему ВК должны решать «директора и заведующие», а не специалисты, занимающиеся теми проблемами, которые ближе всего относятся к палеославистике и истории славян? Почему мнение историков, палеографов и лингвистов показалось А. И. Асову недостаточным? Не приходила ли ему простая мысль о том, что подавляющее большинство отечественных медиевистов просто не пожелали тратить время на знакомство с памятником, подложность которого очевидна с первого взгляда?

      Что же касается выдающихся зарубежных ученых, поддерживающих, по словам А. И. Асова, подлинность ВК, то им названы доктор филологических наук Югославии, декан филологического факультета Белградского университета Р. Мароевич, академик Радивой Пешич (см.: «Велесова книга». Део. Перевод. и комментарии Радивоjе, Пешић Београд, 1997),53 доктор фило-
----------------------------------
52 Там же. С. 320—321.
53 С этой публикацией мне познакомиться не удалось. - О. Т.


логических наук А. М. Петрович, археолог О. Давидович-Живановнч. В 1997 г. на кафедре славяноведения Латвийского университета защитила магистерскую диссертацию на тему «Славянский пантеон в „Книге Белеса"» Ж. Синичина-Шмидт, причем А. И. Асов с гордостью сообщает, что диссертация былаоснована на его изданиях памятника. Называет А. И. Асов и украинских ученых — археолога Ю. А. Шилова (о нем подробнее далее) и В. В. Цибулькина.54 О степени авторитетности названных ученых пусть судит читатель.

    Впрочем, среди единомышленников А. И. Асова нет единодушия. Так, В. В. Грицков, работу которого неизменновключает в библиографию работ о ВК А. И. Асов, пришел в своей брошюре к примечательным выводам: он согласен сомной (а точнее, с Б. А. Рыбаковым), что «крайне сомнительно, чтобы хрупкие дощечки уцелели в течение многих веков»,55 и допускает, что к Миролюбову попали не дощечки IX века, а их позднее изготовленные копии.56 Для древнерусской книжности совершенно обычно, что древний текст доходит до насв поздних копиях, отражающих порой несколько этапов переписки. Подобной многократной перепиской, во время которой в текст вносятся изменения и, увы, мночисленные ошибки, В. В. Грицков объясняет лингвистические странности текста. И сетует: «... с момента публикации памятника в30-х гг. и до настоящего времени языкового анализа в полном объеме он так и не дождался. Более того, его даже не рассматривали под углом возможных более поздних включений прикопировании». В. В. Грицков полагает, что в этом «просчет „филологической ветви" нашей критической школы».57

    Итак, признающий подлинность ВК В. В. Грицков тем не менее разрушает основу основ «велесоведения»: значит, дощечки не IX века, и, следовательно, Миролюбов и Кур попросту либо откровенно обманывали читателей, либо действительно приняли «копии» XVI или XVII века за «древние уникумы».Но тогда возникает вопрос: при переписке древних текстов, как правило, поновляется их язык, изменяется графика, с пергаменного оригинала текст воспроизводится на бумаге и т. д. Почему же ВК переписали на доски же (если верить Миролюбову) и при этом таким «дедовским способом» (сам Миролюбов
--------------------------

54 Тайны. С. 312—314.
55 Грицков В. В. Сказания русов. Ч. 1. «Влесова книга». М., 1992. С. 7.
56 Там же. С. 8.
57 Там же.

18


говорил то о выжженном тексте, то о выцарапанном)? В какойже среде на Руси с многовековыми уже традициями христианства нашлись энтузиасты, воспроизведшие непонятный и явно нехристианский текст, да еще таким необычным способом?Решив одну загадку, мы создаем себе другую.

      Вернемся к языку. Мы располагаем тысячами древнерусских рукописей, и нам хорошо известен характер изменениятекста оригинала при переписке. И когда мы читаем в списке XVII века памятник века XI или XII, то в основном мы видимтот же текст (я не говорю о редакционных изменениях) с легко объяснимыми изменениями (поновлениями) в графике, орфографии и грамматике. Так что несуразность текста ВК объяснить ошибками переписчиков невозможно: он был неестественным уже искони, и не потому, что в нем были утраченныебуквы или незнакомые слова, а потому, что в нем отсутствовали и фонетическая, и грамматическая система, а уж ее-то никакие поздние переписчики не способны полностью исказить.

        Словом, В. В. Грицков не смог объяснить и загадки языкаВК.

    Но затем следуют еще более странные вещи. «Теоретически можно допустить, — пишет В. В. Грицков, — существованиеблестящего историка-аналитика, создавшего незадолго до 1953 г. (времени начала публикаций, связанных с текстами) основную конструкцию. Можно не согласиться с историческойдостоверностью ее положений, но она тщательно зашифрована, ей придан вид творения по крайней мере двух древних хронистов, предусмотрена имитация ошибок... осуществлена имитация разновременных языковых включений и многое другое.Это говорит об интеллектуальном ранге ее возможного творца. Такому человеку, конечно, не составило бы труда обмануть бесхитростного Миролюбова и подсунуть ему тексты с цельюих публикации чужими руками».58 И далее: «Очевидно, логика была такова. После публикации текста дилетантами, профессиональные ученые, обнаружив совершенно идиотские добавки, объявят его фальшивкой. Однако через какое-то время будет дешифрована основная конструкция...».59 Так, значит, всеже XX век? Но тогда зачем все предыдущие рассуждения?
---------------------------------------
58 Там же. С. 25—26.
59 Там же. С. 26.

19


      Другой безусловный сторонник подлинности ВК, украинский историк, автор нескольких работ о «Слове о полку Игореве», Б. И. Яценко также вносит в представления о ВК существенные коррективы.

      Во-первых, он решительно выступает против признания ВК сочинением новгородских волхвов. Б. И. Яценко согласен, что она была создана в конце IX—начале Х в., но полагает, что «вона записана на Прип'ятi в районi Захiдного Полiсся i вiдобразила дiялектнi особливостi цьего регiону».60


      Во-вторых, он не допускает, что в руках Ю. П. Миролюбова оказались дощечки IX века. Согласно Б. И. Яценко, «протограф великобурлуцького списку ВК (согласно Ю. П. Миролюбову, дощечки были найдены в имении, которое теперь идентифицируется с имением Задонских — Великий Бурлюк. — О. Т.) .. .належав до XIV—XV столiть». Затем текст был переписан в XVII веке украинцем.61

      Из сказанного ясны и основания, на которых построена его критика Л. П. Жуковской и О. В. Творогова: отмеченные ими несообразности языка ВК Б. И. Яценко объясняет сложной историей ее текста и разновременными вкраплениями.62 Однако остается неясным: почему и поздний, находившийся будто бы в руках А. Изенбека и Ю. Миролюбова, список ВК был также выполнен на дощечках, к тому же украшенных рисунками,63 и с сохранением архаичной графики. О необъяснимости этой операции в позднем Средневековье уже говорилось выше.

      К сожалению, Б. И. Яценко, подробно анализировавший графику и фонетику ВК, ни словом не обмолвился о ее чудовищной морфологии и не попытался объяснить ее абсолютную несовместимость с грамматикой славянских текстов IX—XVII вв. Странно, что Б. И. Яценко не упоминает посвященную языку ВК статью А. А. Алексеева «Опять о „Велесовой книге"», опубликованную в журнале «Русская литература», хорошо известном автору, поскольку именно там, при неизменном содействии Отдела древнерусской литературы ИРЛИ РАН, было опубликовано несколько его работ.

 

    [...] В издании ВК, подготовленном Д. М. Дудко, говорится о сомнениях по поводу ее происхождения. Характеризуя мою статью 1990 г. в ТОДРЛ, автор отмечает, что «это были не тенденциозные нападки на „белоэмигрантскую фальшивку", а научнообоснованное заключение, содержащее все серьезные аргументы против подлинности памятника».67 Идеи ВК тем не менееблизки Д. М. Дудко, он видит в ней «не рабское подражание Ригведе или Эддам, а явление глубоко русское, славянское».68
-------------------------------------

60 Вслесова книга; Збiрка праукраiнських пам'яток I тис. до н. д. — I тис. н.д. Упорядк., ритм. переклад, пiдг. автентичного тексту, довiд. мат. Б. Яценка.[Киев], 2001. С. 287.
61 Там же. С. 237 и 275.
62 Там же. С. 236 и 238.
63 См. письмо Ю. П. Миролюбова С. Лесному: «На полях некоторых .дощек" были изображены головы быка, на других солнца, на третьих разных животных, может быть, лисы или собаки или же овцы. Трудно было разбирать эти фигуры...». Цитирую по кн.: Лесной С. «Влесова книга». С. 23-24.

67 Велесова книга. Славянские веды / Изд. подг. Д. М. Дудко. М.: Эксмо-Пресс, 2002. С. 13.
68 Там же. С. 17—18.

20

 

      Что же касается проблемы подлинности ВК, то автор признает: «Есть весомые основания считать ее автором не волхваIX века, а Юрия Миролюбова (и, вероятно, А. И. Сулакадзева). Да, обманывать людей недостойно, непорядочно (даже во имявысокой идеи). Но позволяет ли это относиться к данной книге как к какой-нибудь фальшивой накладной, интересной толькоследственным органам?».69

      Д. М. Дудко приходит к такому выводу: «Словом, если „Ве- лесова книга" — произведение XIX—XX вв., то трудно назватьболее вероятных ее авторов, чем А. И. Сулакадзев и Ю. П. Миролюбов. Вероятнее всего, первый создал лишь несколько дощечек, найденных впоследствии А. Ф. Изенбеком. Основную же часть работ выполнил второй. Работу над „Велесовой книгой" Ю. П. Миролюбов, вероятно, завершил между 1952 г. (когда он еще не решался ссылаться на нее в „Риг-Веде и язычестве") и 1954 г. (тогда в сказах Захарихи появляется мотив связирусов с Троей, в „Велесовой книге" отсутствующий)».70 Упоминает в своей книге Д. М. Дудко и издания А. И. Асова. Он пишет: «Неоднозначную роль в судьбе „Велесовой книги" играютпубликации историка-любителя Александра Игоревича Асова (языческий псевдоним — Бус Кресень). Его художественныереконструкции славянских языческих мифов («Русские веды», «Звездная книга Коляды») спорны в научном отношении, но ярки и талантливы в литературном. Его книги и статьи по историии мифологии славян пользуются большой популярностью».71


      Не могу не присоединиться к оценке подвижнической деятельности А. И. Асова по пропаганде ВК. Но ученых тревожитотнюдь не появление многочисленных публикаций памятника, а бездумное и безответственное отношение к ВК: она упоминается порой вообще без указаний на споры о ее подлинности, а иногда с оговоркой на таковые, за которой тем не менее следуют ответственные выводы и суждения, в большинствесвоем основанные на переводе А. И. Асова, который, как сказано выше, не вызывает доверия даже у некоторых почитателей ВК.
------------------------------
69 Там же. С. 17—18.
70 Там же. С. 208.
71 Там же. С. 15.

22


      Приведу несколько примеров.
    Исследователь «Слова о полку Игореве» и поэт Геннадий Карпунин, приславший мне свой перевод ВК с благодарностью за первую в России публикацию текстов «Велесовой книги», во вступительной заметке к переводу призывает относиться к ВК как «к источнику исторических сведений ... крайне осторожно», но все же допускает, что «Велесова Книга илиподобные ей вполне могли существовать (курсив мой. — О. Т.) в глубокой древности», а далее уже утверждает, что. «вдумчивый читатель, обращаясь к текстам Велесовой Книги, имеет возможность глубже понять, почему после богоотступничества иудеев и византийцев Господь избрал Своим народом именно русичей».72 Итак, сначала призыв к осторожности, затем допущение («вполне могли существовать»), а в заключение призыв сделать из этого сомнительного источника важнейшие культурологические и историософские выводы.

      Столь же странной является позиция украинского археолога Ю. А. Шилова, автора фундаментального исследования «Прародина ариев», положительно оцененного крупнейшим языковедом-славистом академиком О. Н. Трубачевым.73 В другой своей работе Шилов называет «„Велесову книгу" загадочной»,74 источником, «не утвердившимся еще пока в научном мире»,75 пишет, что «ввиду ненадежности источника не станем разбирать эти странствия (славян. — О. Т.)». Но тут же цитирует ВК по переводу (!) Асова и выдвигает свою версию ее возникновения: она «могла быть создана потомками жрецов венедов-этрусков в конце IX в., где-то в Крыму».76 Так в одной книге соседствуют итоги археологических раскопок и совершенно необоснованные догадки.

      Еще тревожнее, что ВК пытаются внедрить в школьное и вузовское образование (как будто бы вообще не существует проблемы ее подлинности). Так, в учебнике для вузов «Культурология. История мировой культуры» автор одной из глав Е. М. Скворцова с сожалением отмечает: «В отечественной ис-
-----------------------------

72 Велесова книга / В переводе Геннадия Карпунина // Сибирские огни. 1995. № 1—6. С. 39-40.
73 Трубачев О. Н. К прародине ариев (По поводу выхода книги: Ю. А. Шилов. Прародина ариев: история, образы и ми4.>ы. Киев, 1995) // Вопросы языкознания. 1996. № 3. С. 3—12. Ю. А. Шилову принадлежат также книги: «Праистория Руси», «Космические тайны курганов», «Ведическое наследие украинского Поднепровья».
74 Даниленко В. Я., Шилов Ю. А. Начала цивилизации. Космогония первобытного общества. Праистория Руси VI тыс. до н. э.—I тыс. н. э. Екатеринбург; М., 1999. С. 269.
75 Там же. С. 271.
76 Там же.


торичсской науке даже то немногое, что осталось — Велесову книгу, предположительно написанную новгородскими жрецами не позже IX в., считают подделкой».77 Далее следует особый параграф «Велесова книга», в котором мы, в частности, читаем: «Велесова книга — памятник сложный и объемный. Подделать его так же трудно, как невозможно заново создать Ригвсду, Авесту или Библию.78 Велесова книга разрешает древний спор о происхождении славян... (она) описывает события мифической и древнейшей истории славян конца II тыс. до н. э. — конца I тыс. н. э.».79 Так, без тени сомнения, вводится в число источников отечественной и даже мировой культуры произведение, подлинность которого отвергают многие профессионалы — лингвисты и историки. Мне могут возразить, что спор не закончен, привести в пример споры о подлинности «Слова о полку Игореве» (и такие параллели приводились), но все же стоило бы задуматься о том, можно ли вводить ссылку на спорный источник в учебник, а если и вводить, то безуслов-но следовало бы указать на существующие возражения против его подлинности.

      Другой пример. «Словарь славянской мифологии»80 с аннотацией: «Рекомендовано в качестве учебного пособия по русскому языку, литературе и истории в средних школах, колледжах, гимназиях и высших учебных заведениях». Рецензентами Словаря выступили доктора наук — два заведующих кафедрами и декан исторического факультета Нижегородского университета, и, следовательно, книга апробирована на самом высоком уровне. И что же? В Словаре мы находим статью «Велесова книга», где говорится, что это — «Перевод священных текстов новгородских волхвов IX века, в которой рассказана древнейшая история славян и других народов. Славяноведы узнали о ней лишь в нынешнем веке, да и то до нас дошло очень немного дощечек с непонятными, трудно поддающимися расшифровке письменами. К сожалению,
-----------------------------

77 Культурология: История мировой культуры. Изд. 2-е. М., 1999. С. 132.
78 Сравните: «Велесова книга — памятник более сложный и объемный, чем „Слово" («Слово о полку Игореве». — О. Г.), его столь же трудно подделать, как заново создать Библию, Авесту или Ригведы». Асов А. И. Комментарии к Велесовой книге // Русские веды. М., 1992. С. 286.
79 Культурология. С. 133.
80 Глушко Е. А., Медведев Ю. М. Словарь славянской мифологии. Нижний Новгород, 1996. Изд.. 2-е, перераб. и доп.
81 Странное определение: следовало бы говорить о священных текстах (а не переводе их), коль скоро авторы, видимо, верят в обретение дощечек IX века.

24

от единственного в мире священного текста славянской ведической религии мало что сохранилось, но ценность „Велесовой книги" неизмерима... имена знакомы, о смысле других можно догадаться, ну а многие останутся покрыты вечной тайной, как и происхождение „Велесовой книги", ее подлинность или мнимость».82 Авторы Словаря указывают на спорность вопроса о ВК, но все же по тону статьи можно понять, что они скорее склонны верить в ее существование. К тому же в Словарь вошли статьи на понятия, извлеченные из ВК: «Орей», «Явь, навь и правь».83


      По сообщению Н. А. Соболева, предпринимаются попытки включить ВК в круг текстов, рекомендуемых для чтения учащимся.84


    Еще раз подчеркну, что, на мой взгляд, наибольшую опасность представляют не издания самой ВК, в которых неизбежно говорится о спорах вокруг ее подлинности, а исследовательские статьи, где ВК используется как источник. Вот один из примеров. В первом выпуске возрожденного Сборника Русского исторического общества (выходившего в 1867—1916 гг. весьма авторитетного издания) опубликована статья кандидата исторических наук, старшего научного сотрудника Государственного исторического музея В. Д. Кузнецова. Автор уже в аннотации к статье упоминает ВК как «уникальный памятник истории и культуры древних славян» и сообщает, что «по Велесовой книге за рубежом защищаются диссертации».85 В статье, в частности, говорится: «Наша наука располагает замечательной книгой бога Велеса, созданной предположительно в IX веке н. э. новгородскими волхвами и объявленной нашей официальной наукой фальшивкой А. Сулакадзева». (Как мы видели, предполагаемым автором ВК считается все же не Сулакадзев, а Миролюбов. Но дело не в этом).

      Далее, комментируя легенду о скифском царе Колаксае, автор пишет: «О том, что именно он был инициатором реформы в Великой Скифии, разрядившим обстановку и прекратившим пожар междоусобиц, говорит таблица 16а из Велесовой книги».86 Итак, ВК представлена как заслуживающий внима-
--------------------------------

82 Глушко Е. А., Медведев Ю. М. Словарь славянской мифологии. С. 51—52.
83 Там же. С. 303, 452.
84 Соболев Н. А. Проблемы изданий 4)альсификатов... С. 176—198.
85 Кузнецов В. Д. Как наши далекие предки стали сыновьями скифского народа // Сборник РИО. М., 1999. № 1 (149). С. 76.
86 Там же. С. 78.

25


ния источник. Далее В. Д. Кузнецов приводит цитату из перевода А. И. Асова: «И крови много там лилось оттого, что была распря великая за посевы и пашни по обе стороны от Дона (у А. И. Асова — «от Дуная». — О. Т.) и до гор русских, и до пастбищ карпатских. И там они начали рядить и выбрали Кола, и был он для них вождем, а также он отпор врагам творил».87 Оборвем цитату и поспешим сравнить ее с тем текстом ВК, который нам известен по машинописи из архива Ю. Н. Миролюбова: «i крве многа i тамо iесоi i отва бяще пре вьлка з асете i зурете на обаполе оде данаiу до горе русище i до хопе карпенсте i тамо рящете ее бо утвре коле i бендешете опрец за не iтакожде врзсм упоре творяе».88 Здесь точно воспроизведен текст Миролюбова, в который А. И. Асов в своем издании вносит некоторые «поправки» 89 (оценить их читатель сможет сам, сравнив оба варианта). Дело в другом. В. Д. Кузнецов, во-первых, цитирует в научной статье не оригинал (если таковым считать копию Миролюбова), а перевод, на мой взгляд, весьма сомнительный.90 А во-вторых, благоразумно опускает предшествующий текст (пусть даже перевода), из которого видно, что скифская тема не столь уж явно здесь проявилась. Итак, перевод Асова: «И были князь Славен с братом его Скифом. И тогда узнали они о распре великой на востоке и так сказали: — идем в землю Ильмерскую и к Дунаю! И так решили, чтобы старший сын остался у старца Ильмера. И пришли они на север, и там Славен основал свой город. А брат его Скиф был у моря, и был он стар, и имел сына своего Венда, а после него был внук Кисек, который стал владельцем южных степей». Лишь после этого и следует цитированный выше текст: «И крови много там лилось...».91 Я бы, в отличие от автора статьи, не решился (даже оставив в стороне вопрос о подлинности ВК) фрагмент из столь «темного» текста использовать в качестве аргумента в научных рассуждениях. Создается впечатление, что неясность текста ВК лишь способствует тому, что извлечения из нее, свободно пересказанные, очень удобны тем, кому не хватает «материала» для своих реконструкций о славянской древности.
---------------------------------

87 Там же. Ср.: Книга Велеса / Перевод и пояснения А. И. Асова. СПб., 2000. С. 53.
88 Влес книга: Лiтопис дохристияньскоi Русi — Украiни. (Дощечка 17а).
89 Книга Велеса. С. 53.
90 Б. И. Яценко перевел этот фрагмент так: «И была там жестокая война за
посевы по обоих берегах (так в издании. — О. Т.) Дуная до горы Руськой и склонов Карпатских. И там прижились, образовав круг, и были за ним. И так врагам оказали сопротивление...». Велесова книга: Збiрка праукраiнських пам'яток. С. 182.
91 Книга Велеса. С. 53.

26

      Итак, подведем итог. На мой взгляд, защитникам ВК неудалось доказать ее подлинность. Главным препятствием является не содержание ВК — в древних и средневековых источниках нам встречаются самые фантастические легенды и сложные для интерпретации пассажи, — а прежде всего ееязык. Если полагать, что создателями ВК являются славяне, то язык памятника должен был отразить строй славянской речи.Наука смогла реконструировать грамматический строй общеславянского языка и других славянских языков на самых ранних стадиях их развития, и ни к одному из них чудовищный волапюк ВК не имеет ни малейшего отношения.

      Не удалось опровергнуть и суждения критиков ВК, основанные на анализе сведений о ней, содержащихся в книгах и письмах Ю. П. Миролюбова. А. И. Асов пытается оправдать противоречия и проговорки Миролюбова тем, что он-де был писатель и мог многое сочинить и нафантазировать. Асов прав — только из этого еще не следует вывод о «поддельности» ВК. Но несомненно, что единственное звено, связывающее современного исследователя с пресловутыми дощечками IX века, — Ю. П. Миролюбов — не заслуживает ни малейшего доверия. Это ни в коей мере не является моральным упреком: Миролюбов, вероятно, и не предполагал, что его творение будет использоваться как исторический источник учеными, к которым он относился с явным предубеждением: ведь никто же не изучает историю средневековой Европы по роману Томаса Мэлори.

    На мой взгляд, ВК — еще один образец того направления в околонаучной мысли, которое уже получило определение как «фольк-хистори». Исследователь этого явления Д. М. Володихин пишет: «Обществу навязываются варианты реконструкции исторической действительности, не имеющие ни малейшего научного обоснования. При этом историческая наука подвергается самой агрессивной критике, читателя всячески убеждают, что историки-профессионалы не состоятельны в своем ремесле и падки на умышленные фальсификации».92 Автор имеет в виду прежде всего пресловутый феномен Фоменко — попытку существенно «укоротить» всемирную историю и, в
---------------------

92 ВолодихинД. М. Феномен фольк-хистори // Отечественная история. 2000. №4. С. 17.

частности, совершенно по-иному «прочитать» историю Руси,93 а также сочинения М. Аджи, Э. Радзинского, А. Бушкова и других творцов альтернативной истории.94 Но сказанное им в полной мере относится и к Ю. П. Миролюбову, намеревавшемуся «поворачивать всю историю»,95 и к А. И. Асову, обличающему «академическую науку» и видящему в некоторых ее представителях «заурядных фальсификаторов». Далее Володихин пишет: фольк-хистори «превратилась в заметный компонент общественной мысли. Этот компонент влияет и будет влиять на массовые представления о прошлом, на программы учебных заведений, на историческую беллетристику».96 Все это также может быть отнесено к литературе, возникшей на материале ВК.

    Но у феномена ВК есть и другой аспект. Если большинство авторов, пишущих в духе фольк-хистори, вообще избегают ссылок на источники, предлагая читателю целиком полагаться на их интуицию и таинственным путем добытые сведения,97 то здесь перед нами совершенно иная картина: все рассуждения А. И. Асова и его единомышленников основываются на источнике, который, по мнению большинства ученых, является фальсифицированным. В. П. Козлов разработал своего рода теорию фальсификаций, основанную на анализе десятков наиболее известных фальсификатов и подлогов, обращавшихся в исторической науке и околоисторической публицистике XIX—XX вв.98 В этом принципиально важном разборе В. П. Козлова, естественно, нашлось место и для ВК, и автор убедительно показывает, что история с ее обнаружением и осмыслением целиком входит в круг традиционных приемов исторических фальсификаций.99
-----------------------------

93 О трудах А. Т. Фоменко и Г. В. Носовского существует большая литература. Укажу хотя бы на сборник «История и анти история: Критика „новой хронологии" академика А. Т. Фоменко». М., 2000.
94 См. о них: Володихин Д., Елисеева О., Олейников Д. История России в мелкий горошек. М., 1998; Станкова И., Елисеев Г. Под знаменем «фольк-хистори» // Читающая Россия. 1998. № 2. С. 100—102.
95 Миролюбов Ю. П. Материалы к предистории Русов. С. 187.
96 Володихин Д. М. Феномен фольк-хистори. С. 17.
97 Приведу лишь один, но выразительный пример: в книге В. М. Кандыбы и П. М. Золина «Реальная история России: Хроника истоков русской духовности» (СПб., 1997) нас. 316, 319,326 и 329 воспроизводятся будто бы существовавшие в «третьем миллионолетии» (так!) и последующие эпохи алфавиты руссов. Но источник этих уникальных сведений, естественно, не упомянут.
98 См.: Козлов В. П. 1) Тайны фальсификации; 2) Обманутая, но торжествующая Клио.
99 См.: Козлов В. 77. Обманутая, но торжествующая Клио. С. 200—208.

28

      Но в одном я позволю себе не согласиться с В. П. Козловым. Завершая главу о ВК, он пишет: «Словно молния ВК прочертила след на небосводе мировой и отечественной славистики. Не поразив выбранную цель, она тихо погасила свой фальшивый заряд и умерла ощипанной жар-птицей примитивного изобретательства своих авторов. Пусть будет мир над ее разбросанными в разных изданиях и архивах перьями».100 Думаю, что автор недооценил А. И. Асова. Едва ли он и его сторонники под влиянием критики, исходящей от презираемой ими «официальной науки», бросят разрабатывать ту поистине золотую жилу, какой является ВК, уже многократно изданная и переведенная, легшая в основу поражающих воображение «открытий» и концепций.101 Тем более что «велесоведы» нашли примитивный, но весьма «действенный» способ борьбы со своими оппонентами: объявить несогласную с ними официальную науку закомплексованной на старых догмах, а ученых, противящихся признанию ВК, не только антипатриотами, но и послушными рупорами зарубежной русофобии.102 С гораздо большими основаниями можно было бы предъявить идеологические упреки сторонникам ВК, однако разумнее, на мой взгляд, ограничиться полемикой по чисто научным проблемам.

      А нужна ли еще полемика, если взгляды обеих сторон столь непримиримы? Здесь я полностью согласен с Д. М. Володихиным, который пишет: «Отсутствие в прессе критических материалов (по поводу книг и статей в духе фольк-хистори. — О. Т.) ничуть не способствовало „рассасыванию" проблемы; скорее напротив, это дало творцам фольк-хистори ощущение полной безнаказанности и привело читателей в недоуменное состояние: если ученые не собираются спорить, значит все это — правда».103

      Если говорить о ВК, то ученые спорили. Но если книги сторонников ВК выходили большими тиражами, то критические статьи печатались в малотиражных научных журналах и в большинстве своем оставались неизвестны широкому читателю. Поэтому цель настоящего сборника — собрать и воспроизвести под одной обложкой основные научные публикации, посвященные ВК.

-------------------------
100  Там же. С. 105.
101 Достаточно сказать, что только в 2000—2001 гг. вышло в свет несколько новых переводов ВК и книг, содержащих на нее ссылки.
102 Тайны. С. 316—318.
103 Володихин Д. М. Феномен фольк-хистори. С. 23.

29

 

                                        

 

 

В. И. Буганов, Л. П. Жуковская, академик Б. А. Рыбаков


МНИМАЯ «ДРЕВНЕЙШАЯ ЛЕТОПИСЬ»

 

Что думают ученые о "Велесовой книге". СПб.: Наука, 2004, с 39-46.

 


        Более 20 лёт назад в малоизвестном журнале «Жар-птица», издававшемся на русском языке в Сан-Франциско (США) ротапринтным способом, была опубликована серия статей двух русских эмигрантов — писателя Ю. П. Миролюбова и этимолога-ассиролога А. А. Кура. В сенсационном духе эти авторы, весьма далекие от специальных занятий русской историей, сообщали об открытии древнейшего якобы источника по истории восточных славян — так называемой Влесовой книги (в ней упоминается Велеc, Влес — бог скота и денег у восточных славян). Они утверждали, что находка является оригинальным памятником, составленным около 880 г. языческими жрецами, которые использовали знаки докириллического алфавита. Написана книга, по уверению Миролюбова, на дощечках (в количестве примерно 35). В 1919 г. во время наступления белогвардейских войск на Москву некий А. Ф. Изенбек, полковник Добровольческой армии, нашел эти дощечки в каком-то помещичьем имении то ли Курской, то ли Орловской губернии; принадлежало имение то ли князьям Задонским (или Донским, Донцовым), то ли князьям Куракиным. Текст «Влесовой книги» в 1954—1959 гг. был опубликован в том же эмигрантском журнале.

      Уже эти сведения настораживали. Никакого княжеского рода Задонских (или Донских, Донцовых) в России не существовало. Справки, наведенные у одной из Куракиных, не подтвердили наличия имения, принадлежавшего этой фамилии в указанных губерниях. Кто такой Изенбек, у которого Миролюбов якобы видел в 1925 г. пресловутые «дощечки» в Бельгии, где оба они проживали после бегства из революционной России? Примечательно, что ни тот, ни другой не показали их никому, в том числе специалистам из Брюссельского университета. «Дощечки» (если они существовали) исчезли после смерти Изснбека (август 1941 г.), остались только копии (прориси и фотографии), сделанные Миролюбовым и переправленные им в Русский музей — архив в Сан-Франциско.
 39

      Несмотря на многие темные и неясные моменты в истории с находкой «дощечек», нашлись люди, поверившие Миролюбову. Среди них был и С. Я. Парамонов — энтомолог, бежавший в 1943 г. вместе с фашистскими оккупантами из Киева, перебравшийся затем в Австралию и получивший там должность правительственного энтомолога. Помимо основной своей специальности, он занимался историей и литературоведением. В 1950—1960-е гг. им был опубликован (под псевдонимом Сергей Лесной) ряд книг о происхождении славян, истории Древней Руси, «Слове о полку Игореве»; в некоторых из них он сообщал об упомянутых выше «дощечках». Наконец, в 1966 г. он выпустил посвященное им сочинение «Влесова книга» (вып. I. Виннипег. 1966). Дилетантизм С. Лесного в гуманитарных науках, псевдонаучность и крайне низкий уровень его трудов в этой области давно отмечены советскими учеными.

      Характерно, что те лица, которым стал доступен текст «дощечек», на протяжении многих лет хранили молчание об этом как будто бы уникальнейшем памятнике. Все они были в науке людьми случайными. С. Лесной даже в наиболее близкой ему области (например, в работах о «темных местах» «Слова о полку Игореве», связанных с упоминаниями природных явлений) проявил себя как дилетант. «Его „исследования", — отмечалось в «Трудах» Отдела древнерусской литературы Пушкинского Дома АН СССР, — порочное, позорное явление в истории изучения „Слова о полку Игореве", в полном смысле темное место в изучении великого памятника».1

    Итак, со времени обнаружения «дощечек» никто из специалистов за рубежом ими не занимался. В конце 1950-х годов фотография текста одной из них (точнее, фото с прориси или копии Миролюбова) была прислана С. Лесным на заключение в Комитет славистов СССР. В отзыве, данном 15 апреля 1959 г.
--------------------------

1 Шарлемань Н. В. Сергей Парамонов и «Слово о полку Игореве» // ТОДРЛ. Т. 16. М.; Л., 1960. С. 616. В примечании к этой работе говорилось: «Редакция ТОДРЛ не считает возможным вступать в спор с С. Лесным по вопросам филологическим, историческим и прочим ввиду полной его некомпетентности в гуманитарных науках» (Там же. С. 611).
40


акад. В. В. Виноградовым, и в статье Л. П. Жуковской 2 указанный текст характеризовался как подделка. Это устанавливалось путем анализа графики, палеографии, орфографии текста, воспроизведение которого весьма далеко от научных способов (изготовление фотографии не с «дощечки», а с прориси или копии, наличие ретушировки).

      Казалось бы, все это должно было положить конец дальнейшему распространению сведений о так называемой Влесовой книге. Однако в статье В. Скурлатова и Н. Николаева («Неделя», 1976, № 18) читатели были вновь оповещены о существовании памятника, который (если будет доказана его подлинность) должен быть причислен к открытиям, проливающим якобы новый свет на древнейшую историю, восточных славян. Правда, авторы ставят вопрос как будто альтернативно: памятник, который они называют «таинственной летописью» или «Влесовой книгой», может быть, с их точки зрения, или подделкой, «интересной мистификацией», или «бесценным памятником мировой культуры»; «следствие» о «Влесовой книге», пишут они, «еще не закончено, и научный суд над ней не вынес окончательного приговора». Содержание же статьи показывает, что В. Скурлатов и Н. Николаев склонны считать «таинственную летопись», написанную на «дощечках», источником достоверным, подлинным. Поскольку содержание ее «необычно», «не укладывается в рамки существующих представлений о древности славянской письменности», постольку, многозначительно замечается во вводных словах к статье, «недоверие было первой реакцией некоторых ученых». Тем самым авторы как бы отмежевываются от ученых, высказывающих сомнения в подлинности «Влесовой книги».

    Вопрос об ее подлинности важен потому, что в ней идет речь о восточных славянах, их хозяйственных занятиях, верованиях, столкновениях с соседями и прочих событиях, происходивших с начала I тыс. до н. э. почти до конца IX в. н. э., то есть на протяжении почти двух тысяч лет. В. Скурлатов и Н. Николаев полагают, что прародителем русов был Богумир и что «во времена Богумира, то есть в конце II тыс. до н. э., и в Северную Индию, и в нынешнюю Венгрию пришли из Центральной Азии племена скотоводов, одинаковые по хозяйственному укладу, обычаям, обрядам, богам, горшкам и внешнему облику. Они очень похожи на древних славян-русов, изображенных во «Влесовой книге». В статье утверждалось также, что «древней письменностью пользовались обитатели пространств от Дуная до Хуанхе за две с лишним тысячи лет до финикийцев, в IV тыс. до нашей эры».
.---------------------------------

2 Жуковская Л. П. Поддельная докириллическая рукопись: (К вопросу о методе определения подделок) // Вопросы языкознания. 1960. № 2. С. 142—144.
41

      С той же «легкостью необыкновенной» В. Скурлатов и Н. Николаев подходят к обстоятельствам находки рекламируемого ими памятника и к оценке его содержания и языка. «В начале этого века, — пишут они, — в старинном имении под Орлом была найдена рассыпавшаяся связка ветхих дощечек, испещренных неизвестными письменами». Туман некоей таинственности окутывает и все последующее изложение, вводя читателей в явное заблуждение. Авторы склонны думать, что «Влесова книга» написана русским докирилловским письмом, в котором использованы знаки, предшествовавшие тем, которые были включены Кириллом в составленный в 863 г. вариант славянской азбуки. Вполне возможно, что до Кирилла и существовало какое-то «русское письмо». Но В. Скурлатов и Н. Николаев ошибаются, когда утверждают: «К сожалению, даже сама эта мысль допускается редко», — и делают многозначительный вывод: «А где не ждут, там и не ищут». Далее высказывают соображения о том, какими путями следует вести поиск: о рунических-письменах германских и тюрко-монгольских племен и народов, с которыми «активно общались» древние славяно-русы; алапо-хазарских надписях на камнях и флягах VIII—IX вв. (их знаки «почти совпадают с буквами кириллицы и особенно глаголицы»); финикийском алфавите, древнееврейской, древнегреческой и других системах письма. В обстановке возникновения и развития древних систем письма и могли появиться древние славяно-русские памятники дохристианской поры; «именно таким свидетельством, возможно, и является „Влесова книга"», — заключают В. Скурлатов и Н. Николаев. К сожалению, указанные авторы не одиноки в попытках усмотреть во «Влесовой книге» достоверный источник. Время от времени сообщения подобного рода продолжают появляться.3
----------------------------
3 См., например, заметки В. Вилинбахова и В. Старостина. «Неделя», 1976. № 33; Д. Жукова — «Огонек», 1977. № 13. С. 29.
42

      Между тем по проблеме существования письменности у восточных славян дохристианского периода накопилась обширная литература, и само существование докирилловского письма — «протокириллицы», а также «протоглаголицы» — изучалось дореволюционными и советскими учеными.4 Формирование «протокириллицы» (на основе использования греческого буквенно-звукового письма) они относили к VII— VIII векам. Черноризец Храбр в сказании «О письменах» (конец IX—начало Х в.) сообщает о славянах-язычниках, что они не имели «книг» и букв, а использовали «черты» и «резы»; эта более древняя манера письма, так называемая пиктографическая, или фигурная, начала применяться, согласно новейшим исследованиям (например, о «календарных знаках» на вазах и кувшинах черняховской культуры), уже во II—V веках. Приведенные и многие другие свидетельства источников давно показали, что в дохристианский период восточные славяне использовали какое-то не сохранившееся до нашего времени письмо (или разные его виды) в силу растущих потребностей своего общественного развития, сначала в пору формирования из небольших и разрозненных родовых коллективов более крупных, сложных и прочных объединений — племен и союзов племен, затем в эпоху вызревания в среде последних элементов классовых отношений и государственности. Прокириллическим письмом и были, возможно, написаны те книги и документы дохристианской поры, о которых глухо упоминают древние авторы.

      «Влесова книга» не может быть отнесена к числу памятников того времени. Дело в том, что подделки под древний текст можно довольно легко выявить, зная закономерности развития языка, путем сравнительно-исторического изучения родственных языков и диалектов. Как известно, языки развиваются во времени, но это развитие не одинаково реализуется в пространстве. В результате в определенное время и на определенной территории язык характеризуется сочетанием только ему присущих особенностей. Благодаря этому можно установить предыдущие и последующие этапы развития языковых черт. Историкам, знакомым с древнерусскими и средневековыми письменными источниками новгородского происхождения, хорошо известно, например, «цоканье» — неразличение на письме (вследствие неразличения в устной речи!) букв Ц и Ч. Так же, если писец не слышал разницы между Ф и фитой, он путал обе буквы. Имея опору в своем произношении, тот же древнерусский писец не спутает М и Ж, Р и П, 3 и К, но может спутать Ч и Ц, Ф и фиту и т. д.;
-------------------------

4 См., например: Истрин В. А. 1100 лет славянской азбуки. М., 1969.
43

позднее начнется неправильное употребление букв Е — ять, О — А и т. п. На совпадении безударных гласных основаны многие ошибки нашего правописания. Однако в рукописях XII—XIII вв. (если исключить смоленские с их ранним смешением Е и ять) таких ошибок нет, так как в то время все названные звуки произносились различно в соответствии с происхождением (этимологией).

    Фальсификатор, желающий подделаться под древний язык, если создаваемый им текст достаточно велик, непременно допустит какую-либо нелепую ошибку, которой не может быть в подлинном тексте или из-за его хронологической отнесенности, или из-за территориальной (следовательно, языковой и этнической) приуроченности. Например, о фальсификаторе первой трети XIX в. А. И. Сулакадзеве акад. И. И. Срезневский писал: «В подделках он употреблял неправильный язык по незнанию правильного, иногда очень дикий».5

      «Влесова книга» выдается за текст, написанный до того, как у славян появились глаголица и кириллица. В то время у них (всех славян!) бытовали только открытые слоги, носовые гласные О и Е, особые звуки ять, Ъ, Ь; после мягких согласных могли следовать только определенные гласные звуки, а после твердых, наоборот, другие. Были и иные особенности фонетики и морфологии, позднее исчезнувшие или изменившиеся по разным языкам. Но орфография «дощечек» показывает, что тот, кто их надписал, не умел обозначать носовые: он воспроизводил их в соответствии с тем, как это гораздо позже делалось в польском языке; в то же время на «дощечках» есть места, показывающие изменения, которые позднее произойдут в сербском, хотя эти процессы взаимоисключают друг друга. Во «Влесовой книге» отражено смешение Е и ять, которое появится только в смоленских грамотах в начале XIII в., отвердение шипящих и Ц — процесс еще более поздний в славянских языках; приведена глагольная форма БЯ вместо существовавшей бѣ; при слове женского рода употреблено числительное в мужском роде; имеется ряд нелепостей в склонении существительных, в образовании причастий и т. п. и т. д.
---------------------------
5 Переписка А. X. Востокова в повременном порядке с объяснительными примечаниями И. Срезневского // Сборник Отделения русского языка и словесности. Т. V, вып. 2. СПб.. 1873. С. 412.
44

      Содержание «Влесовой книги», ее язык (о чем можно судить хотя бы по тому отрывку, который приведен в статье В. Скурлатова и Н. Николаева) свидетельствуют, что перед нами явная подделка. Авторов, пытающихся доказать обратное, нисколько не спасают рассуждения о «совершенно неожиданной картине далекого прошлого славян». Во «Влесовой книге» речь идет о славянах-скотоводах, живших «за тысячу триста лет до Германриха» — за 13 столетий до готского вождя середины IV в. Германариха (то есть в начале I тыс; до н. э.). Ни автор «Повести временных лет» (начало XII в.), располагавший многими источниками, ни авторы первых повестей, летописей и предполагаемых летописных сводов конца Х—XI в. не сообщают о славянских племенах и князьях даже V—Х вв. таких сведений, какие содержит составленная якобы в конце IX в. «Влесова книга» о временах гораздо более отдаленных, отстоявших от ее «появления» почти на два тысячелетия! Не спасают В. Скурлатова и Н. Николаева и исторические параллели, связанные с характеристикой передвижений из Центральной Азии в Европу скотоводческих племен, среди которых, по их мнению, могли быть и славяне. Эту «оригинальную версию о степном центральноазиатском происхождении наших предков» авторы, со ссылкой на историков-«евразийцев», а также на итальянских археологов, ведущих раскопки в Пакистане, поддерживают, хотя давно доказано, что славяне задолго до этого (еще в III тыс. до н. э., во времена трипольской культуры) были земледельцами и автохтонами, то есть обитали в районе Среднего Поднепровья.

      Текст «Влесовой книги», повествующий о славянских праотцах Богумире и Оре, их дочерях и сыновьях, от которых пошли названия славянских племен (древляне, кривичи, поляне, северяне, русь), настолько наивен, что даже В. Скурлатов и Н. Николаев вынуждены признать, что ее язык «действительно понятен не до конца», что в тексте встречаются «лингвистически вроде бы противоречивые языковые образования». Тем не менее они утверждают, что «писцы „Влесовой книги" знали, о чем писали», а на дереве писали-де многие древние народы (далее сказано и о Бояне, который «растекался мыслью по древу», и о берестяных грамотах, и о еловой палочке из киргизского Ачекташа с вырезанной на ней «Таласской надписью», и т. д.).

45

    В. Скурлатов и Н. Николаев, которые приводят ряд правильных сведений о древнейших этапах истории восточных славян, развитии их письменности, в основном заполнили свою статью рассуждениями и параллелями, не опирающимися на новейшие достижения науки. На приведенный ими отзыв В. В. (а не Л., как у В. Скурлатова и Н. Николаева) Виноградова, авторитетнейшего специалиста по истории русского языка, авторы, по существу, не обратили внимания. Между тем высказывавшееся им мнение о «Влесовой книге», как одной из подделок Сулакадзева, имеет веские основания. Акад. М. Н. Сперанский отмечал «грубую и наивную» подделку Сулакадзева, названную последним «Перуна и Велеса вещания в киевских капищах жрецам Мовеславу, Древославу и прочим...». В 1812 г. отрывок из этих якобы древних «вещаний», поверив в них, перевел на современный русский язык Г. Р. Державин. Сулакадзев имел своего рода «музей», в котором хранились и подлинные рукописи (нередко со вставками на полях самого фальсификатора), и подделки, изготовленные им самим. В каталоге своего собрания рукописей Сулакадзев упоминает, между прочим, источники, вырезанные на досках, например «предревний» синодик. Там же числится сочинение «Патриарси (то есть патриархи. —Авт.). На 45 буковых досках Ягипа, Гана, смерда IX в.».6 Как тут не вспомнить, что и так называемая «Влесова книга» доведена до последней четверти IX века.
-------------------------

6 Сперанский М. Н. Русские подделки рукописей в начале XIX в. (Бардин и Сулакадзев) // Проблемы источниковедения. М., 1956. Вып. V. С. 68, 91, 101.

 
Web Энциклопедия культур
 
 




СодержаниеT size=2> | Авторам | Наши авторы | Публикации | Библиотека | Ссылки | Галерея | Контакты | Музыка | Форум | Хостинг

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

© Александр Бокшицкий, 2002-2006
Дизайн сайта: Бокшицкий Владимир