Метафора    

 

         Греч. μεταφορά - "перенос", переносное значение слова; в расширительном смысле термин "метафора" применяется к любым видам употребления слов в непрямом значении. Метафора есть соучастие, общение смыслов; промежуток в пространстве и времени, необходимый для диалога смыслов и рождения нового смысла;  переход из одного состояния в другое.  При этом слово φορά означает - "произведение плодов; плодородие, обилие; множество", "быстрое движение, течение, дуновение ветра", но и "платеж,  уплата (подати)".  Метафора может быть образной, красивой, без нее немыслима художественная, поэтическая, да и обычная разговорная речь. Но одновременно семантическая двуплановость метафоры затемняет ее предметную отнесенность; ср.: "Метафорическое выражение придает стилю достоинство, ибо предоставляет нам две мысли вместо одной" (С. Джонсон).  Метафора не проникнет в военный устав, приказ, приговор, ультиматум и т.п. В рамках позитивизма метафора считалась недопустимой в научных сочинениях и "совершение  метафоры" приравнивалось к  совершению преступления ( ср. англ to commit a metaphor  по аналогии с  to commit a crime ).

 

      "Реабилитировал" метафору  Э. Кассирер. Первичные, доисторические формы представлений человека о мире не базировались на категориях рассудка. Следы дологического мышления обнаруживаются в языке, мифологии, религии, искусстве. В языке выражены как логические, так и древнейшие, мифологические формы мышления. Рефлексы мифологических представлений о мире Кассирер искал и находил в метафоре. Он указывал на эвристические возможности метафоры, на ее моделирующую роль: метафора не только формирует представление об объекте, она также предопределяет способ и стиль мышления о нем.

 

      Ф.Уилрайт считает метафору элементом Т-языка ( T- язык (tensive language),или "язык, создающий напряжение", - ключевое понятие общей теории метафоры, развиваемой Ф. Уилрайтом). "Бог, говорящий устами дельфийского оракула, - по словам Гераклита, - не сообщает и не утаивает, он подает знаки". Символы Т-языка могут намекать на объекты такой природы, что при использовании прямолинейных методов неизбежно игнорируются или же искажаются" 1.

 

      Во многих мифологиях мир, космос метафорически определяются как дом. Со времен Маркса стало принято представлять себе общество как некоторое здание (Aufbau). Эта метафора позволяет выделить в обществе базис (фундамент), различные структуры (надстройки) и т.п. Об обществе говорят в терминах строительства, воздвижения и разрушения, а коренные изменения в социуме интерпретируются как его перестройка. В 1937 г. Б. Пастернак сказал А. С. Эфрон: "Как все-таки ужасно прожить целую жизнь и вдруг увидеть, что в твоем доме нет крыши, которая бы защитила тебя от злой стихии". Дочь Цветаевой на это ответила: "Крыша прохудилась, это правда, но разве не важнее, что фундамент нашего дома крепкий и добротный".

 

    Впервые в Новое время систематическое учение о государстве разработал Т. Гоббс в сочинении "Левиафан, или Материя, форма и власть государства церковного и гражданского" (1651 г.). На обложке первого издания было дано символическое изображение государства-Левиафана: словно вырастая из земли, надо всем возвышается коронованный гигант, тело которого составлено из множества маленьких фигурок людей, взоры которых обращены на лицо гиганта; в чертах этого лица угадывается сходство с Кромвелем. Наверху приведены слова из книги Иова: "Нет на земле подобного ему" (41, 25). В библейской мифологии Левиафан (евр. liwyātan, от lawā - "свертываться, виться") - морское животное, описываемое как гигантский змей или дракон. В Библии упоминается либо как пример (наряду с бегемотом) непостижимости божественного творения, либо в качестве враждебного Богу могущественного существа, над которым Он одерживает победу в начале времен. Ср. содержащийся в книге Еноха мотив отделения друг от друга Левиафана и бегемота в качестве чудовищ мужского и женского пола, в состоянии первоначального хаоса слитых воедино. По-видимому, мифы о Левиафане восходят к представлениям об олицетворенном первобытном хаосе, враждебном Богу-творцу и некогда им покоренном, ныне же пребывающем в состоянии сна, однако могущем быть разбуженным (Иов 3, 8). Как в Библии, так и в позднейшей традиции Левиафан часто предстает вместе со своим сухопутным мифическим аналогом - бегемотом, у которого ноги, как медные трубы, кости, как железные прутья (Иов 40, 13-14).

 

                                                                                  Т. С. Элиот  "Гиппопотам"

 

Гиппопотам широкозадый 

На брюхе возлежит в болоте

Тяжелой каменной громадой,

Хотя он состоит из плоти.

Живая плоть слаба и бренна,   

И нервы портят много крови;

А Церковь Божия - нетленна: 

Скала лежит в ее основе.

 

Чтобы хоть чем-то поживиться,

Часами грузный гиппо бродит;     

А Церковь и не шевелится,

Доходы сами к ней приходят.

Не упадет потамьей туше

С высокой пальмы гроздь бананов,

А Церкви персики и груши

Привозят из-за океанов

 

 

      Фильм Ф. Феллини "И корабль плывет..." (1983 г.) насквозь метафоричен. Метафорой является Корабль. Метафоричны населяющие Корабль пассажиры, в том числе и находящийся в трюме гиппопотам.

 

      Поэзия часто начинается с отрицания. "Нет, я не Байрон, я другой..."; "Не то, что мните вы природа: / Не слепок, не бездушный лик...". По этому принципу построена и метафора. В ней заключено имплицитное противопоставление обыденного видения мира необычному, вскрывающему индивидную сущность предмета. Метафора  отвергает принадлежность объекта к тому классу, в который он на самом деле входит, и утверждает включенность его в категорию, к которой он не может быть отнесен на рациональном основании. Метафора - это вызов природе. Метафора не только и не столько сокращенное сравнение, как ее квалифицировали со времен Аристотеля, сколько сокращенное противопоставление. Из нее исключен содержащий отрицание термин 2.

 

      "Для меня воображение - синоним способности к открытиям. Подлинная дочь воображения - метафора, рожденная мгновенной вспышкой интуиции, озаренная долгой тревогой предчувствия. Воображение поэтическое странствует и преображает вещи, наполняет их особым, сугубо своим смыслом и выявляет связи, которые даже не подозревались..." (Гарсиа Лорка).

 

      Наше письмо практичней китайского, поскольку оно основывается на чисто механическом принципе. В нем для каждого звука есть свой знак; но поскольку он сам по себе ничего не означает, наше письмо не значимо. Китайская письменность непосредственно обозначает понятия. Писать или читать по-китайски - значит думать. Не найдя знака для обозначения печали, китаец соединил две идеограммы, одна из которых обозначала "осень", а другая - "сердце". Печаль по-китайски - "осень сердца".

   

 

                                                                          ССЫЛКИ

     

1. Уилрайт Ф. Метафора и реальность // Теория метафоры. М., 1990, с.108.

2.. Арутюнова Н.Д. Метафора и дискурс // Там же, с. 5 - 32.

 

 
 




Содержание | Авторам | Наши авторы | Публикации | Библиотека | Ссылки | Галерея | Контакты | Музыка | Форум | Хостинг

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru Находится в каталоге Апорт

 ©Александр Бокшицкий, 2002-2006 
Дизайн сайта: Бокшицкий Владимир