На этой же странице:

Т. Нестерова. Фашистская мистика:
религиозный аспект фашистской идеологии

 

На следующих страницах:

Ханна Аренд. Организованная вина

Л. Бровко. Христианство и национал-социализм

 

 

А. Бокшицкий

 

Фашизм, если коротко - ненависть к чужому и слабому, и, по сути - глумливая пародия на заповедь: «Будьте как дети». Фашизм сегодня, фашизм в России иначе как нравственным идиотизмом назвать нельзя. Именно поэтому фашизм и стал идеальным инструментом, разделившим нас и загнавшим в две резервации, между которыми весьма узкое, но абсолютно непроходимое пространство. Фашизм в России сегодня - это красные флажки, лучше сторожевых собак и минных полей охраняющих открытую границу.

Сегодня фашизм искренно-бритоголовый в армейских ботинках и неискренний, культивируемый в себе и других ради решения экономических, политических, демографических и прочих проблем в туфлях от Berluti под классическую музыку.

В 60-х годах Мишель Фуко задал вопрос: «Как изгнать фашизм, который отпечатался во всем нашем поведении?». Никак. Ненависть к чужому в нашей генетической памяти, она инстинктивна, и сегодня просыпается, когда что-либо угрожает нашей жизни или когда ее пробуждение становится кому-то выгодно.

История фашизма начинается не с 20-х годов ХХ в., не с ГУЛАГа и Холокоста. История фашизма - это история ненависти по разным поводам, в самых ее разнообразных эстетических, религиозных, политизированных проявлениях. Платон ненавидел поэтов и художников, христиане - язычников и еретиков, романтики - филистеров, Ленин - интеллигентов и крестьян, Гитлер - евреев. Если ненависть выражает себя эстетически или как религиозное чувство, она считается приемлемой, хотя всем уже давно понятно, что в любой момент готова обернуться крестовыми походами.

То, что фашизм победил, объясняется рядом причин, но основная из них в том, что на самом деле все были готовы принять фашизм. Фашизм победил и ныне здравствует как на улицах, так и в государственных университетах. Ханна Аренд назвала свою работу о причинах германского нацизма «Организованная вина» (1944 г.). Вина немецкого народа очевидна и была организована, - говорит Аренд. Но только ли о немецком народе это можно сказать и только ли в прошедшем времени? Читая работу Аренд в год празднования 65-летия Победы, вдруг понимаешь, насколько эта работа актуальна, а радость по поводу Победы преждевременна.

На самом деле, фашизм абсолютно органичное явление в нашей истории, и было бы даже странно, если бы его не было. Фашизм долгое время как нарыв вызревал в теле наций, был взлелеян благими и не очень намерениями интеллектуалов. Фашизм - дитя нашей истории, получившее богатое философское, политическое и техническое наследство, и сделавшее то, что стеснялись сделать его родители.

На самом деле, фашизм был нам нужен. Теперь для всего, что говорилось и делалось, будет говориться и делаться, - есть Гамбургский счет, выраженный в формуле «После Освенцима». И этот счет никому не удастся ни отменить, ни забыть, ни сделать вид, что он не существует. Методологии, успешно наработанные в компаниях по дискредитации христианства, в данном случае бесполезны.

В 1987 году в поисках зачитанной друзьями Библии зашел в Букинист на Литейном. Мальчик с тонкой шейкой продавал с рук православный журнал, полистал - никакой, но купил, чтобы разговор завязать. Библии у мальчика не было, он достал из сумки Майн Кампф.

Дж. Оруэлл написал в 1940 году рецензию на Mein Kampf. Он заметил, что публикация осуществлена лондонским издательством Hurst & Blackett в явно прогитлеровском духе: «Предисловие переводчика и примечания написаны с очевидной целью приглушить яростный тон книги и представить Гитлера в наиболее благоприятном свете. Ибо в то время Гитлер еще считался порядочным человеком. Он разгромил немецкое рабочее движение, и за это имущие классы были готовы простить ему почти все. Как левые, так и правые свыклись с весьма убогой мыслью, будто национал-социализм – лишь разновидность консерватизма».

В работе «Об империализме» Ханна Аренд пишет: «Комично, а именно потому и до крайности постыдно, что потребовалась мировая война, чтобы покончить с Гитлером. Историки нашего времени — и это вполне понятно — не раз пытались скрыть, изгладить из памяти этот элемент кровавого выморочного спектакля и придать событиям некое величие или достоинство, которых там нет и в помине, но которые сделали бы их по-человечески терпимее».

Я ненавижу фашистов, может быть, потому что они ждут смерти моей мамы. Она закончила школу в 41-м, и пошла служить в ПВО, когда началась блокада Ленинграда. Я ненавижу фашистов, может быть, потому что я сам - фашист.

 

 

 

 

Т. П. Нестерова


Фашистская мистика:
религиозный аспект фашистской идеологии

Религия и политика в ХХ веке. Материалы второго Коллоквиума российских

и итальянских историков. Москва, 11-12 апреля 2005 г. - М., 2005, с. 17-29.

 


         Среди многочисленных публикаций, вышедших в последние годы и посвященных проблемам тоталитаризма, значительное место занимают исследования, рассматривающие квази-религиозный аспект тоталитарных идеологий. Интерес к этой стороне тоталитаризма не случаен: по многим параметрам идеология и практика тоталитарных режимов могут быть отнесены к категории «светских религий», призванных заменить религии традиционного общества; в то же время этот аспект тоталитаризма зачастую оставался вне поля зрения исследователей (хотя роль «культа лидера» в системе тоталитарной идеологии отмечался даже самыми ранними исследователями тоталитаризма).

        Особенностью любой «светской религии», ее отличия от религии традиционной является отсутствие в ней понятия «Бога» как всемогущей силы, внешней по отношению к государству и обществу. Можно предполагать, что своего рода «предком» таких «светских религий» стал культ «Верховного Существа», который пытались ввести французские революционеры XVIII века взамен католической религии, равно как и близкие к этому теоретические конструкции социалистов - утопистов XVIII и XIX вв., таких, как Шарль Фурье или Этьен Кабе. При этом необходимо отметить, что даже в теориях утопистов религиозная система идеального общества не терпит конкуренции (религиозная свобода не допускается), кроме того, огромную роль в государственной религии играет культ основателя идеального государства. Таким образом, достаточно легко перебросить мост от построений теоретиков идеального, по сути тоталитарного общества, к идеологии и практике реальных тоталитарных режимов.

         Элементы «светской религиозности» присутствуют фактически во всех тоталитарных идеологиях XX века. В практике реальных обществ тоталитарного типа также можно найти разнообразные черты, проявления, аспекты культовой, религиозной деятельности (достаточно вспомнить культ Ленина в идеологии советского коммунизма или многочисленные мистико-религиозные элементы, чаще всего связанные с «языческой» традицией, в гитлеровском национал-социализме).
17

     Необходимо отметить, что «светская религиозность» реального тоталитаризма в той или иной степени вступала в конфликт с традиционной религиозностью той страны, в которой формировался тоталитарный режим. Причина этого очевидна: любая тоталитарная идеология не терпит конкурентов, особенно на идеологическом поле. Именно поэтому в Советской России активно преследовалась православная церковь, особенно в довоенный период; для советского тоталитарного режима неприемлемыми казались даже вполне лояльные к власти обновленческие течения. Преследование христианства в СССР приняло особенно агрессивный характер после 1929 г., в условиях начатой сплошной коллективизации, поскольку государственная власть воспринимала православие как идеологию крестьянской оппозиции, один из тех элементов традиции, которые необходимо разрушить для торжества новой идеологии. Параллельно с преследованиями христианских обрядов, праздников, ритуалов, разоблачениями «реакционной сущности религии» в СССР делались попытки ввести новые ритуалы, призванные заменить собой ритуалы православия: крестины заменялись «октябринами», традиционные свадьбы предполагалось вытеснить «комсомольскими свадьбами» и т.д. Место божества в этой религиозной системе первоначально занял Карл Маркс (английский писатель Герберт Уэллс, посетивший в 1920 г. Советскую Россию, отмечал, что его повсеместно «преследовали» портреты Карла Маркса), вскоре потесненный культовыми образами Ленина и Сталина. Резкая активизация антирелигиозной политики советского государства непосредственно связана с формированием культового образа Сталина, рядом с которым любое другое божество выглядело неуместным. Тем не менее, в условиях Великой Отечественной войны тоталитарное советское государство вынуждено было пойти на компромисс с православной церковью, иерархи которой к этому времени уже были готовы полноценно сотрудничать с государственной властью: церковная оппозиция внутри СССР к середине 1940-х гг. почти полностью прекратила существование.

          Менее прямолинейно политику борьбы с «религиозными конкурентами» осуществлял нацистский режим в Германии. Элементы неоязычества, характерные для нацизма, во многом накладывались на религиозные традиции Германии и оставались «уделом избранных». Активнее всего неоязыческие культовые элементы проявлялись в деятельности СС и особенно молодежных структур нацистской партии, призванных формировать элиту грядущего Тысячелетнего Рейха - так называемых «школ Адольфа Гитлера» и «Орденских замках».
18

        Уже в 1934 г. в Германии была предпринята попытка создать новую «германскую религию», в догматах которой, в частности, провозглашалось, что «Адольф Гитлер - новый мессия, посланный на землю, чтобы спасти мир от евреев» 1. Конкордат 1933 г., подписанный германским правительством с Ватиканом, на некоторое время ослабил преследование католической религии в Германии, но различные протестантские германские церкви испытывали жесточайший нажим, целью которого было установление над ними полного государственного контроля. Впрочем, конкордат 1933 г. также соблюдался лишь в ограниченной степени, и в 1937 г. папа Пий XI осудил гитлеровское правительство за нарушение условий договора и преследование католиков в Германии.

       В условиях Второй мировой войны Гитлер также ограничил преследование христианских конфессий в Германии и перестал открыто поддерживать неоязыческое «Германское движение за веру». Тем не менее, попытки формирования светской «германской религии» продолжались даже в условиях войны.

         Религиозный аспект присутствовал и в идеологии итальянского фашизма. Естественно, что в итальянском, почти полностью католическом обществе, неоязыческих религиозных концепций не возникло. В то же время, отношение фашизма к католической религии в известной степени было настороженным, несмотря на подписание Латеранских соглашений 1929 г. Католицизм признавался религией большинства итальянского населения. Однако в духовном отношении католицизм составлял, пожалуй, наиболее реальную конкуренцию фашизму, и фашистский режим предпринял попытку оторвать от католический религии по крайней мере молодежь, воспитывая в ней религиозное отношение к фашизму 2. Эта попытка непосредственно связана с идеями «фашистского стиля» и «фашистской мистики».

        Понятие «фашистский стиль» появилось в политическом лексиконе итальянского фашизма на рубеже 1920-х - 1930-х гг., когда секретарем Национальной фашистской партии Италии был назначен Акилле Стараче. Именно Стараче, занимавший пост секретаря НФП до 1939 г., приложил максимум усилий для внедрения фашистского стиля в жизнь.
------------------------

1 Энциклопедия Третьего Рейха. М., 1996. С. 405.
2 Лопухов Б.Р. История фашистского режима в Италии. М., 1977. С. 132.

19

        Фашистский стиль - многогранное понятие, охватывающее практически все стороны жизни итальянского общества. Еще в 1925 г., характеризуя основные черты стиля новой эпохи, Муссолини заявил: «Фашистский стиль - это ясность, достоинство, решительность и быстрота»3. Фашистский стиль, по мнению Стараче, должен был характеризовать «интегральную модель жизни современного молодого человека»4.

       Одной из важных составных частей «фашистского стиля» стала фашистская мистика. «Мистика» в понимании фашистских идеологов существенно отличалась от традиционного определения этого понятия. Итальянская «Энциклопедия Де Агостини» (1995) определяет мистику как направление теологии, обосновывающее связь верующего с божеством, как духовное состояние личности, в котором реализуется мистический контакт с божеством. В то же время в названной энциклопедии упоминается и фашистская мистика - как «политическая позиция и действие, характеризующиеся абсолютной верой в партию и в идеологию»5. В фашистской мистике на передний план выступала чистая вера в фашизм, не требующая рационалистического обоснования. Как отмечает современный исследователь истории ГУФ (университетских фашистских групп) Лука Ла Ровере, фашистская мистика во многом выступала как форма деятельности молодых интеллектуалов, стремившихся трансформировать доктрину фашизма в «религиозную концепцию политики»; при этом фашистская мистика должна была стать основой для формирования «нового человека» и «фашистской цивилизации»6. «Радость жизни, и, если это необходимо - радость смерти. Для нас, фашистов, самое важное - не жить долго, а жить деятельно. В этом и заключается мистика фашизма. Следовательно - мистика во всём. Всё в фашизме - мистика. Мистика и фашизм неразделимы», - таким образом была охарактеризована фашистская мистика в «Первой книге фашиста»7.
----------------------------        
3 Dizionario mussoliniano. Bologna, 1994. P. 173.
4 La Rovere L. Storia dei GUF. Organizazzione, politica e miti della gioventu universitaria fascista 1919- 1943. Torino, 2003. P. 220.
5 La Grande Enziclopedia De Agostini. CD-Rom. Roma, 1995.
6 La Rovere L. Storia dei GUF. P. 321.
7 Il primo libro del fascista. Roma, 1938. P. 50. Цит. пo: Galeotti C. Mussolini ha sempre ragione. 1 decaloghi del fascismo. Milano, 2000. P. 70.

20

       Наиболее последовательно проблемы фашистской мистики и ряд связанных с ней аспектов идеологии, философии и культуры разрабатывали члены миланской секции ГУФ - студенты и моло-дые преподаватели Миланского университета. Особую роль среди них играл Никколо Джани (1909-1941) - директор Школы фашистской мистики, существовавшей в Милане в 1930-1943 гг.

        Никколо Джани, до поступления в университет - редактор ежедневной газеты «Сronaca prealpina», основал Школу фашистской мистики 10 апреля 1930 г. Первыми сотрудниками Школы стали представители миланской университетской молодежи. Школа была названа именем Сандро Италико Муссолини - рано умершего племянника Дуче. Президентом школы стал брат Дуче Арнальдо Муссолини (отец С.И. Муссолини); в 1940 г. его сменил Вито Муссолини - один из сыновей Дуче: в определенном смысле Школа фашистской мистики стала общим делом семьи Муссолини. Среди сотрудников Школы можно было видеть иерархов фашистской партии (таких, как Джузеппе Боттаи и Роберто Фариначчи), идеологов фашистского расизма (Джованни Прециози, Телесио Интерланди), писателей и философов, в том числе основателя футуризма Филиппе Томмазо Маринетти и философа-традиционалиста Юлиуса Эволу.

        Провозглашая создание Школы фашистской мистики, Никколо Джани писал: «По мнению большинства наших коллег, наша революция нуждается прежде всего в конкретном воплощении; однако духовные основы фашизма полностью или почти полностью ускользали от внимания. Мы должны отреагировать на материализацию нашей революции»8.

        Задачей Школы было провозглашено «распространение через конференции и публикации основных принципов Фашистской Мистики и их конкретной актуализации»9. «Вы найдете новый взгляд на фашизм, научитесь его понимать и любить, изучите его, и он станет вашей идеей. Для вас это станет не оковами, но обязательством любви по отношению к величайшему созданию человечества. Для вас и для всех он станет зарей нового дня», - писал Джани в статье «Иметь мужество», опубликованной в издаваемом школой журнале «Фашистская доктрина»10. В Школе изучались теория фашизма, его идеологические основы, подробно рассматривались отдельные направления
--------------------

8 Patrizi A. La Scuola di Mistica Fascista // Rassegna siciliana di storia e cultura. 2001. Voi. V. .Nb 12. Aprile. P. 59.
9 Marchesini D. La scuola dei gerarchi. Milano, 1976. P. 26.
10 Giani N. Aver coraggio //Dottrina fascista. 1937. Settembre. P. 619.

21

фашистской мистики. Предполагалось, что выпускники Школы займут достойное место среди иерархов фашистского режима, прежде всего на среднем, провинциальном уровне, и будут распространять идеи фашизма среди итальянской молодежи. Теоретически деятельность Школы была направлена на формирование фашистской интеллектуальной элиты, не случайно отделения Школы создавались при многих итальянских университетах («кафедры фашистской мистики»).

     Деятельность молодых мистиков сосредотачивалась прежде всего на публичных диспутах, вход на которые был свободным для всех. «Мы подчеркиваем, что фашизм требует своих апостолов, которые должны с открытым сердцем приблизиться к пониманию его красоты и постичь высоту той миссии, что провидение возложило на Дуче», - писал Никколо Джани 11. Активизации деятельности Школы фашистской мистики во многом способствовал президент Школы Арнальдо Муссолини, наряду с Джузеппе Боттаи - одним из идеологов фашистского корпоративизма, автором опубликованной в 1931 г. книги «Фашизм и корпорации»12.

        В 1931 г. Арнальдо Муссолини опубликовал статью «Сознание и долг», посвященную второй годовщине создания Школы. Никколо Джани назвал эту статью этико-политическим манифестом Школы. «Дух, который одушевляет вас, есть справедливое отношение к ходу времени, не знающему ни преград, ни границ; мистика есть возвращение к традиционным идеалам, которые воссозданы и трансформированы в вашей программе молодых фашистов - реформаторов. ... Проблема молодежи для нас - проблема формирования устойчивого характера, а для молодых она принимает форму нерасторжимого единства понятий сознания и долга. ... Завтрашний день должен быть лучше сегодняшнего. Вы, одним словом, должны быть лучше нас. Я не сожалею, когда вижу в вас суровых и бескомпромиссных судей людей и дел. ... Вопросы стиля, даже минимальные, также должны иметь для вас основное, существенное значение. Каждый молодой фашист должен чувствовать гордость, неразрывную с пониманием, что ограниченность собственных возможностей и какие-либо недостатки стиля всегда будут вне духа и вне формы фашиста. Нищета не достойна XX века. Недостойна фашизма. Недостойна вас»13.

------------------------
11 Patrizi A. La Scuola di Mistica Fascista. P. 59.
12 Mussolini A. 11 fascismo e le corporazioni. Roma; Milano, 1931.
13 Mussolini A. Coscienza e dovere // II Popolo d'Italia. 1931.1 dicembre.

22

        В центре деятельности Школы фашистской мистики находился культ Дуче как творца и основателя фашизма, как вождя, реализующего историческую миссию фашизма. К этому времени в Италии уже сформировался образ Муссолини как наследника Цезарей, императоров Древнего Рима, как носителя идеи Ыйопо - дикторского культа.

         В 1928 г. в Италии была опубликована биография Муссолини; книга вышла под названием «Человек и народ». Муссолини был изображен в этом произведении воплощением подлинного итальянца, типичного, хотя и нетривиального представителя итальянского народа 14. К этому времени в Италии уже была широко распространена вера в Муссолини как человека, который сможет вернуть Италии ее былое величие. Однако, как отмечает итальянский исследователь Эмилио Джентиле, необходимо проводить четкое различие между культом Дуче-Вождя - и мифом о Муссолини (хотя сам Муссолини с успехом стремился к отождествлению этих понятий)15. Муссолини стал воплощать тип Героя - Вождя фашизма и Италии. «Его выдающаяся фигура, уже монолитная и для настоящего времени, и для истории, и в проекции на грядущее, господствующая над людьми и вещами, как образ первого среди людей Государства, как Гения Рода, как спасителя Италии, как римлянина - и в реальности, и в мифе, римлянина Императорского Рима, как воплощение и синтез идеи Римского Народа, как великого основоположника... Муссолини - это герой в солнечном сиянии, Гений - создатель и творец, одухотворяющий, увлекающий, завоевывающий... Революция - это Он, Он - это Революция», - в 1934 г. писал о Муссолини Оттавио Динале в журнале «Фашистская молодёжь»16. «Миф Муссолини сохранится в веках точно так же, как миф о Ромуле и о Цезаре; имя Дуче не сможет в будущем служить знаменем одной партии против другой, но перед лицом всего мира будет символом нации цельной и единой», - подчеркивал в одном из важнейших теоретических изданий фашистской партии - журнале «Фашистская критика» - Джордже Пини17, автор наиболее распространенной в фашистской Италии биографии Муссолини. Повторение слов Дуче превратилось не просто в провозглашение
--------------------

14 Passerini L. Mussolini immaginario. Roma; Bari, 1991. P. 81.
15 Gentile E. Il culto dell'littorio. La sacralizzazione della politica nell'Italia fascista. Roma, 1994. P. 266-267.
16 Dinaie O. Mussolini // Gioventu fascista. 1934. 1 marzo. P.3.
17 Pini G. Divagazioni // Critica fascista. 1927. 1 dicembre. P. 12.

23

лозунгов - оно превратилось в ритуал, в обряд. Традиционным стало выкрикивание слов «A noi!» («нам») во время любых публичных мероприятий (этот возглас стал ответом Муссолини на заданный им же вопрос: «A che l'Italia?» - «Кому принадлежит Италия?»). Дуче стал одним из воплощений дикторского культа, живым образом мифа о Возрожденной Римской Империи.

        «Всякая истинная мировая революция имеет свою мистику, которая является ее алтарем, то есть таким комплексом основных идей, которые должны распространяться и действовать через подсознание людей. Школа предназначена для того, чтобы выявить суть этой основной идеи через мысль и деятельность Дуче. Источником, единственным и уникальным источником мистики является только Муссолини, исключительно Муссолини. Можно ли, игнорируя или не зная досконально мысль Дуче, утверждать, что ты являешься фашистом? Мы говорим - нет. Потому что фашизм - это не инстинкт, а образование, и поэтому понимание его мистики есть понимание Муссолини», - писал в 1937 г. в журнале «Время Муссолини» Никколо Джани. Называя Муссолини «евангелистом Фашизма», Джани подчеркивал: «Только Его слово может дать точный и исчерпывающий ответ нашим сомнениям, может успокоить наше волнение, может развеять туман в наших головах. Только через Его речи и Его деяния мы сможем получить наше ежедневное причастие, наш молитвенник на каждый день, отпущение наших грехов. Именно потому мы, молодые, должны всегда быть близко, должны с любовью учиться, постигать без пробелов, углубляться неустанно. ... Сомнения и пессимизм, неуверенность и нерешительность исчезают, когда действительно открыта страница, и мы постигаем истинную мысль руководителя. Эта радость и эта судьба должны быть общими: мы этого хотим и для этого мы должны придти к органичному восприятию Его Мысли и Его Действий» 18.

       С точки зрения «мистиков» вера была принципиальным условием для активного участия в политической жизни. Фернандо Меццасома, вице-секретарь Национальной фашистской партии Италии (1939-1942) и одновременно заместитель директора Школы фашистской мистики, писал о Никколо Джани: «Прежде всего он был верующий и бескомпромиссный. Некоторые могли бы назвать его фанатиком... Его дух бунтовал против простой формы компромисса; его вера не позволяла ему торговаться: добро, кра-
----------------------------

18 Цит. по: Patrizi A. La Scuola di Mistica Fascista. P. 60.
24


сота, истина были для него с одной стороны баррикады; с противоположной стороны были жестокость, злость, подлость»19. Обращаясь к Джани по случаю годовщины открытия Школы фашистской мистики, Муссолини писал: «Мистика несет в себе организующее начало в большей степени, чем партия. Обращающийся к мистике должен обладать огромной верой. Фашизм должен иметь своих миссионеров, то есть людей, умеющих убеждать благодаря своей бескомпромиссной вере. И эта вера в буквальном смысле может передвигать горы. Это и будет вашим краеугольным камнем»20.

         Сам Джани в своих работах неоднократно подчеркивал, что фашистская мистика противостоит буржуазному духу: «Мы выступаем всеми своими силами против попыток урезать Революцию, мы бдительно и дисциплинировано защищаем ее - малую . или великую - от столь жалкой судьбы и забвения того факта, что мы служим Фашизму, а не фашизм служит нам. ... В перечне трусливых попутчиков, которых мы видели и продолжаем видеть в Революции, важен лишь карабинер, стоящий на страже покоя в нашем доме»21. В полемических статьях Никколо Джани резко выступает против «карьеристов», «спекулянтов», разрушающих дух революционного фашизма. По мнению Джани, мистика долж-на была быть не просто частью культуры, но образом жизни, воплощением фашистского стиля жизни: «Мистика не есть проявление стремления к культуре, не доктрина, но - учительница жизни, в которой все вращается вокруг человека, носящего имя Муссолини»22. В то же время один из ведущих теоретиков Школы фашистской мистики Гастоне Сильвано Спинетти сформулировал основную идею мистики фашизма так: фашистская мистика есть концентрированная основа муссолинианской доктрины, сущность идеологии фашизма 23. При этом фашистские авторы подчеркивали различия между мистикой религиозной и мистикой политической: по их мнению, политическая мистика должна рассматриваться прежде всего как концепция образа жизни, как аскетизм, способствующий тому, что человек отдает все свои силы служению Дуче, Режиму и Государству. Гастоне Сильвано Спинетти подчеркивал,
--------------------

19 Mezzasoma F. Niccolo Giani // Gerarchla. 1941. 6. P. 29.
20 Marchesini D. La scuola dei gerarchi. P. 26.
21 Giani N. Aver coraggio. P. 620.
22 Giani N. La mistica come dottrina del fascismo // Dottrina fascista. 1938. Aprile. P. 118.
73 Spinetti G.S. Nostra mistica // Gerarchla. 1938. 2. P. 36.

25

что «секуляристская», то есть светская мистика дает человеку надежду на спасение, которое может гарантировать только фашизм. Человек верит в истинность тоталитарной идеологии, а не в трансцендентное божество, и такая вера дает человеку силы к действию. Только такая мистическая вера может стать основой современной политики, писал Спинетти 24.

          В 1934 г. в Риме состоялся Антиидеалистический конвент, в работе которого активное участие приняли молодые сотрудники Школы фашистской мистики. На конвенте была провозглашена идея необходимости создания «новой культуры», основой которой должна была стать фашистская мистика. При этом мистика провозглашалась основой фашистской доктрины, фашистским ответом на противостояние идеализма и марксистского материализма. При этом мистика провозглашалась основой нового материализма. Новый материалист - «человек духовный, религиозный, иерархический и героический, и этим он противостоит индивидууму абстрактному, иррелигиозному, стороннику равенства, пацифизма и демократии», - писал М. Ди Пьетро в газете «Roma»25.

       1930-х гг. стал временем активизации разработки фашистской мистики. Теоретики Школы фашистской мистики расширили толкование мистики в соответствии с требованиями текущего политического момента. Началась подготовка теоретических трактатов, посвященных мистике фашистского расизма, автаркической мистике и т.п. (например, в 1938 - 1939 гг. в Школе прошел общеитальянский конкурс работ по теме «Мистика фашистского расизма»).

        Весной 1940 г. в Школе фашистской мистики был проведен национальный конвент фашистских мистиков. Темой конвента стал вопрос - «почему мы мистики?». Отвечая на этот вопрос, Никколо Джани подчеркивал: «Мы - мистики, потому что мы - из униженных и рассерженных, то есть, как говорится, из фанатиков Фашизма, людей пристрастных, то есть - с буржуазной точки зрения - нелепых. Но мы непостижимы, мы нелепы только с точки зрения посредственности. История была, есть и будет абсурдом: абсурдом духа и воли, которые повергают и побеждают материю. Это и есть мистика. Фашизм - это Дух, это Мистика, это Борьба, это Победа, и верить в это не может тот, кто не является мистиком, сражаться за это не может тот, кто не верит, и победить не может тот, кто не сражается»26.

----------------------------

24 Ibidem. P. 37.
25 Циг. по: La Rovere L. Storia dei GUF. P. 322.

26 Giani N. Perche siamo dei mistici // Dottrina fascista. 1940. Gennaio - marzo. P. 34.
26

        В ходе конвента широко обсуждался вопрос о политическом я духовном значении фашистской мистики. Подводя итоги конвента, Марио Ривоире писал в журнале «Critica fascista»: «Всякая революция начинается мистикой, продолжается политикой и завершается администрированием. ... Мистика - слово, позволяющее вспомнить о божественном, адаптировать и объединить религию и идеологию. ... Революция продолжается не только в кристаллизации административных структур, но и в мистическом осмыслении ее молодежью, ибо мистика фашизма воплощает в себе справедливость фашизма, его иерархию - во главе с Дуче, и его молодость» .

      Война потребовала от молодежи, обучавшейся в Школе фашистской мистики, реализации своей веры на практике. «Революция продолжается и требует от нас прославить в огне войны идею, ради которой мы живем и будем сражаться», писал Ф. Меццасома 28. Большинство молодежи из учеников и сотрудников Школы, во главе с Никколо Джани, отправились на греческий фронт (Джани стал лейтенантом полка Итальянских альпийских стрелков). К 1943 г. 16 из них погибли.

         Отправляясь на фронт, Никколо Джани с чисто религиозным чувством крестоносца заявил: «Мы не расположены идти на компромиссы, в большей или меньшей степени предавая Идею Дуче. Мы готовы отложить перья»29.

        14 марта 1941 г. Никколо Джани погиб на итало-греческом фронте в Южной Албании. Незадолго до гибели он писал директору Национального института фашистской культуры Камилло Пеллицци: «Я - фашист по темпераменту, и страстно ненавижу верхоглядов, льстецов, хапуг. Люблю труд, верность, честь, свободную от предрассудков переписку, твердые решения. Верю в Бога, в Муссолини, в молодых. Мой миф - Фашистская Империя, в которой итальянцы осознают ответственность и достоинство управле-
-------------------------
27 Rivoire M. Funzione politica di una mistica// Critica fascista. 1940. 9. P. 148-149.
28 Mezzasoma F. Il cittadino della nuova Italia // Dottrina fascista. 1942. Febbraio - marzo. P. 11.
29 Mezzasoma F. Niccolo Giani. P. 29.

27

ния миром»30. Пеллицци высоко оценивал деятельность Никколо Джани, и не случайно вскоре после его смерти плакаты и листовки с его портретом широко распространялись во всей Италии и - прежде всего - в действующей армии.

         Стала ли фашистская мистика религиозным культом? Представляется, что такая оценка была бы необъективной. Фашистская мистика периода 1930-1943 гг. оставалась во многом своеобразной «игрой ума» для фашистских интеллектуалов, выходцев из Университетских фашистских групп, часто занимавших позицию «осторожной фронды» по отношению к правящему режиму. Фашистская мистика несла в себе и мощный заряд раннего, революционного, «левого» фашизма, ярко проявившегося в годы Итальянской Социальной Республики.

        Религиозный аспект фашизма проявился и в ряде документов, появившихся после второй мировой войны. В одном из них - «Символе веры», относительно недавно появившемся в сети Интернет, по восходящем к 1948 г., говорится: «Верую в бессмертную Италию, создавшую общество и прогресс, и в Бенито Муссолини, Ее великого Сына, нашего Дуче, возлюбленного и незабвенного, зачатого от страданий и любви народа; рожденного Святой Розой Малтони; пострадавшего при Пьетро Бадольо, новом Иуде; преданного и заключенного, но чрез сорок дней спасенного и освобожденного по небесному пути; вернувшегося в Италию ради спасения ее чести и возобновления ее величия, по убитого и изувеченного; ныне восседающего возле Господа Отца Всемогущего, взываемого всеми добрыми итальянцами придти, чтобы судить живых и отметить мертвым. Верую в Универсальный Фашизм, в воскресение Италии, в бессмертие героев и мучеников, в святость идеалов Родины, в величие ее судьбы и в ее вечную миссию. Аминь»31.

        Таким образом, рассматривая взаимоотношения религии и фашизма, целесообразно уделить особое внимание внутренней религиозной сущности фашизма, который, как и любое другое тоталитарное движение, в определенной степени отвергал рационалистическое отношение к миру и, как и религия, обращался к вере. В этом отношении ярким примером присутствия религиозного аспекта в фашистской идеологии является фашистская мистика.
-----------------------------------------

30 Archivio storico Fondazione Ugo Spirito (AS FUS, Roma, Italia). Pondo Camillo Pellizzi. U. 26. F. 15. Lettero N. Giani a C. Pellizzi. 1941. 23 febbraio.
31 http://antoniodux.supereva.it
28

        В то же время до конца не рассмотренным в современной литературе остается вопрос, была ли фашистская мистика проявлением неоязычества. По мнению Луки Ла Ровере, неоязыческая фашистская мистика стала концентрированным выражением борьбы тоталитарного режима против господства в Италии традиционной католической религиозности 32. С другой стороны, среди итальянских исследователей присутствует мнение, что фашистская мистика стала своего рода откликом итальянского фашизма на кризис традиционных религии и философии, отражением «заката Европы» .

       С нашей точки зрения, фашистская мистика стала своеобразной формой характерной для тоталитарных режимов «светской религии», центром которой была сакрализация правящего режима, его идеологии и его вождя. Мощный религиозный фактор - католицизм - не позволил итальянской «фашистской мистике» стать полноценной «светской религией», получившей массовое распространение (подобно тому, как это было в СССР), и итальянский вариант светской религии тоталитарного режима остался прежде всего одной из форм литературного самовыражения фашистской интеллектуальной элиты, прежде всего из среды университетской молодежи.
----------------------------

32 La Rovere L. Storia dei GUF. P. 323.
33 Ibidem. P. 325; Ben-Ghiat R. La cultura fascista. Bologna, 2000. P. 159.

29

 

 

 

 

 

 

 




Содержание | Авторам | Наши авторы | Публикации | Библиотека | Ссылки | Галерея | Контакты | Музыка | Форум | Хостинг

Rambler's Top100 Рейтинг@Mail.ru

 ©Александр Бокшицкий, 2002-2006 
Дизайн сайта: Бокшицкий Владимир